После них, правда, мы несколько лет в новые миры не летали — было не до того. Во-первых, я забеременела нашим сыном Кайдраном. Сейчас Каю девять лет, и он самый красивый и умный мальчик на свете. Уже год как нашёл в себе дракона и недавно смог сделать первый оборот. Невероятно рано! Он у нас вундеркинд. Бабушка и дедушка, да и вообще все близкие в нём души не чают.
Во-вторых, надо было плотно заняться сетью «Летящих ласточек» и обеспечить империю достаточным количеством санаториев, доступных для всех сословий. Пока я всё это организовывала, забеременела нашей лапочкой-дочкой Алиссией. Сейчас ей семь, и она просто душа нашей семьи. Умничка, красавица и самый энергичный ребёнок, которого я знаю. Никогда не сидит на месте и просто фонтанирует новыми идеями и экспериментами. Бабушка говорит, что из неё вырастет звезда артефакторики, которая выведет Аир на совершенно новый уровень развития.
А когда дети подросли и их уже можно было оставить на Милиссу (сестра окончила академию и ещё на первом курсе объединилась в истинную пару с ледяным побратимом), её мужа Омандора, бабушку, дедушку и огненного Даркморта, мы начали готовиться к новому путешествию. Я очень хотела попасть на Землю. Хоть издалека повидать сыновей.
Но она оказалась далеко от Аира и в труднодоступном измерении. Муж настоял на тренировках проникновения в более простые миры. Несколько лет мы готовились и побывали у десятков соседей. Интеллекта создавала необходимые нам в этом путешествии артефакты — сейчас в наших карманах имелся запас золота и драгоценных камней для обмена на деньги.
И вот мы наконец у цели.
— Рант, я нашла, — позвала мужа, снижаясь к самой границе измерений, — вот тут мой родной город, и рядом с ним есть место силы.
— Отлично! Тогда дождёмся ночи, чтобы не распугать твоих впечатлительных земляков, и спустимся. А пока иди ко мне, я расскажу, как тебя люблю.
Я заулыбалась во всю драконью пасть и прижалась к груди мужа, а он обнял меня крыльями, словно укутывая в кокон. Я прекрасно знала, как он меня любит, мне не надо было это повторять. Однако моя душа чувствовала душу Ранта, поэтому я понимала, что для него важны эти слова. Он истинный, урождённый дракон и потому страшный собственник. Он верит мне безоговорочно и не сомневается в моей любви. Однако где-то далеко-далеко в душе моего истинного живёт крошечный страх меня потерять. Потому что я слишком уникальна: первая за несколько тысячелетий драконица, которой стала попаданка. Рант мог ожидать от меня всего.
— Я часть тебя, любимый, не сомневайся, — шепнула ему в сердце и прикрыла глаза, наслаждаясь благодарным стуком.