— А как же санаторий? — ахнула Милисса.
— А что с ним? Продолжит работать. Через пару недель начну набирать персонал для новых санаториев. В каждом уделе их должно быть минимум два.
Я надеялась, что пары недель нам с Рантом хватит, чтобы насытиться друг другом и захотеть вылететь из своего гнезда. Я там ещё не была, но мне оно уже нравилось.
— Грандиозно! А я? А княжество?
— Милисса, родная моя, не стоит переживать. Теперь точно всё будет так, как и должно. Ты хотела учиться — отправишься на учёбу. Хотела попасть на сезон — обязательно попадёшь. А княжеством и другими делами нашей семьи займутся доверенные лица Темеранта. Его побратимы…
Милисса вздрогнула и залилась краской. Покусала губы, помялась и выпалила:
— Мне нравится Омандор. Кажется, я тоже ему нравлюсь.
— Вот и замечательно. А в чём сомнения?
— Я не хочу спешить… А вдруг мы с ним не истинная пара? А вдруг мне предназначен кто-то другой? Скажи, Эли, как ты поняла, что Его Высочество — твой истинный?
Я задумалась и с сожалением пожала плечами.
— Никак, Мили. Я влюбилась в него. Однако любовь не даёт гарантии истинности. Мы просто рискнули и выиграли этот приз.
— Страшно.
— Знаю. Поэтому мы с Рантом хотим вернуть очень важный артефакт — стрелу, которая сейчас у демонов.
— Как⁈ — воскликнула сестра, схватившись за сердце.
— А у нас теперь есть козырь — два дракона истинной пары могут перемещаться между мирами. И нам есть что предложить демонам взамен.
Когда мы вернулись в княжество, оказалось, из столицы прибыли сильнейшие маги и императорская чета. А ещё вернулась из леса следственная группа с пленниками. В специальных шатрах шли допросы Его Святейшества и его приспешников.
— Княжна Элиса, мы заковали существо в блокираторы, вы можете вытащить из него своё оружие? Оно мешает менталистам достать из его мозга мотивы и подробности его деяний на Аире, — спросил меня отец Ранта с нескрываемым почтением.
Этот могучий опытный дракон одним своим видом вызывал трепет, и мне было невероятно лестно осознавать, что он ко мне относится как к равной.
— Я не знаю, Ваше Величество, не пробовала. Но готова это сделать, — ответила, склонив голову.
— Зови меня Йорган, дорогая дочь, — сказал мне будущий свёкор, и всякая неловкость между нами пропала.
Меня проводили в шатёр, где на узком столе лежал бесчувственный Мрачнозар с моими пятью стрелами в теле. Я просто протянула к ним руку, пожелала забрать — и тонкие прутики послушно втянулись в меня, оставив лишь фиолетовые отметины в местах, откуда торчали. Его Святейшество дёрнулся, и Рант поспешил меня из шатра увести.