В том числе и по случаю переименования нашей бригады в «пролетарскую». Понятно, что у комми в голове сплошь «Капитал» с «Анти-Дюрингом», но ведь классики марксизма не отрицали необходимости применяться к обстановке, а Ленин так вообще гений политической тактики! И худо-бедно принципы маркетинга основоположники интуитивно понимали — «встречают по названию». Вон, бывало, откроешь Яндекс или там Алиэкспресс, так любая приблуда со словом «тактический» в описании стоит раза в два дороже, чем без оного. При том, что и производитель, и модель те же самые.
И работает это в обе стороны: при первых известиях о «пролетарской» бригаде, четники как с цепи сорвались. Еще бы, такую красную тряпку им под нос сунули! Коминтерн, большевики, атеисты проклятые, враги сербов! Начались мелкие укусы, нападения, палки в колеса… Почему на всю Красную армию Пролетарская дивизия одна, а у нас пролетарских бригад уже две, наша и черногорская?
Чем, ну чем название «Первая ударная народно-освободительная бригада» хуже, чем «Первая пролетарская народно-освободительная»? Ну, кроме удовлетворения неких догматиков из ЦК КПЮ? Они-то идеологическую чистоту соблюли, а нам расхлебывай.
В самом прямом смысле — разруливать непонятки с четниками посылали наиболее представительную часть, то бишь нас. Полторы сотни головорезов или, как их тут зовут, башибозлуков. Отлично экипированных, да еще до зубов вооруженных — оружия итальянского после взятия Плевли у нас навалом — автоматы Беретта, пулеметы Фиат-Ревелли, винтовки Каркано и тому подобное.
Нам такая честь ни к чему, но попытки свалить в сторону успеха не имели — приказ, извольте выполнять. В кулуарных разговорах подсластили пилюлю — дескать, ты из русских кадетов, а не коммунист, четники такому больше поверят. И вообще ты склонен искать варианты, а не сразу стрелять.
Может, в товарище Тито политик просыпается вместо догматика? Неплохо бы, но насторожило что благие пожелания только в устной форме, а в приказе слова совсем другие.
Вот мы и валялись в новогоднем снегу, разглядывая теплые огоньки в деревне, где разместился штаб Сараевской бригады равногорцев. И тревожно вслушивались в звук шагов, ровно до того момента, когда снизу раздалось:
— Эй, мы вернулись!
— Что так быстро? — стоило высунуть нос из балаклавы, как его тут же ущипнул морозец.
— Да сразу у околицы трех бедолаг прихватили, — бровастый пулеметчик Бранко подпихнул вперед дрожащих не то от холода, не то от страха четников.
Один сразу бухнулся на колени, почувствовав во мне командира, и принялся молить о пощаде.