Слеза потекла по уцелевшей щеке, впитываясь в повязку. Хочется закричать, но выходит только хрип. «Зачем я выжила⁈ Зачем⁈ Зачем⁈» Одна и та же мысль билась в голову, заглушая боль. Страх перед зеркалом, перед людьми, перед будущим спазмом сжимает грудь. И снова волна боли. Отчаяние и боль. Боль и отчаяние. «Боги, даруйте мне смерть!»
И тут знакомый, полный тепла и нежности, голос прорезает тишину:
— Очнулась, Настенька?
Это Рагнар! Ужас разрывает душу на части, ледяными иголками впиваясь в нутро. Но тут же улетучивается, растворяется в тихом спокойном убаюкивающем баритоне:
— Ну что ты? Не надо. Не надо плакать, — она чувствует, как нежная рука касается… Простыни? Одеяла? Наверное, это не важно.
Анастасия, хочет повернуть голову, сказать, что ей надо умереть. Но Рагнар ее останавливает:
— Не шевелись. Тебе нельзя. И не надо ничего говорить. У нас еще будет время поговорить. Вся жизнь. И о смерти думать не надо…
Он что, читает ее мысли⁈ Хотя, какая разница? Пусть!
«Мне надо умереть… Я хочу умереть… Пожалуйста… Кому я теперь нужна? Такая…»
— Нам…
Он точно читает ее мысли!
«Кому нам⁈ Я уродина!» — Анастасия попыталась выплеснуть, донести до него всю свою боль, весь ужас и отчаяние.
— Всем нам, — слышит она в ответ, — мне, Рогнеде, Наташе, Ардаку и Стрежню. Пограничью. Ты же одна из нас патрикия-ушкуйница, — ей слышится легкая смешинка. Но это не насмешка! Нет! Это… Это что-то теплое и родное.
Холод внутри тает, как лед под солнцем. Непослушная, она поворачивает голову и видит одним глазом его силуэт. Рагнар сидит рядом, держит ее руку — ту, что не обожжена.
— Все будет хорошо. Я обещаю.
Анастасия верит. В его словах нет лжи, только сила. Он не жалеет, не отводит взгляд. Тепло разливается по телу девушки, вытесняя пустоту. Может, не все потеряно? Может она и правда ему нужна? И те слова о «своих», сказанные им в Заброшенных землях не пустая фигура речи?
— Выздоравливай, Настя, — слышится голос Рогнеды. И она здесь! — Мне еще надо тебя отблагодарить за спасение, только вот — не знаю как. Ты подумай, ладно. Но в рамках нашего договора…
Княжна тоже пытается шутить. Но у нее это не получается. Чувствуется… нет, не фальшь… натянутость.
Анастасия хочет ответить, но силы уходят, вместе с болью. Сквозь муть она успевает заметить, как в руках Рагнара появляется и исчезает какая-то коробочка и проваливается в сон, на этот раз спокойный, без кошмаров.
Когда она очнулась снова, все изменилось. Над головой был не белый потолок, а деревянные панели, знакомой по путешествию из Заброшенных земель каюты. Гул двигателей, легкая вибрация — она на дирижабле. Лежит на койке, тело все еще болит, но гораздо меньше, от повязок пахнет мазями, а не горелым мясом, и глаз… глаз все так же замотан. Рагнар сидит рядом, Рогнеда тоже здесь, держит ее за руку.