За это я позволю Клеменсу прикасаться к себе, целовать, трогать себя везде… Стану хозяйкой нового дома, рожу ему детей — целый выводок Вергов — и проведу всю свою жизнь на Юге.
Представить получилось очень хорошо, даже слишком. Картинка, появившаяся перед моими глазами, вышла настолько яркой, что я подскочила на ноги, а в груди всколыхнулась волна протеста.
— Что с тобой? — недоуменно поинтересовался Клеменс. — Что-то не так?
Я покачала головой, потому что со мной все было не так. Совершенно не так, если на миг я могла подумать, что смогу жить с нелюбимым!..
Это будет болото, которое меня засосет… Вернее, высосет меня до дна! Останься я с Клеменсом, я задохнусь, перестану быть собой. Или же, того хуже, умру от отвращения к самой себе.
Поэтому я повернулась и посмотрела Клеменсу в глаза.
— Нет, я не выйду за тебя замуж, — сказала ему твердо, — хотя твое предложение очень для меня лестно. Но ты и так знал, что я откажу, потому что я никогда не давала тебе ни единого повода надеяться на взаимность. Наоборот, всегда говорила, что из этого ничего не выйдет. Даже несмотря на то, что положение моей семьи… гм… довольно бедственное.
К тому же у меня был план, как его исправить.
— Да, я знал, — Клеменс тоже поднялся на ноги, — но тебе все-таки не стоило мне отказывать! Или ты еще не поняла, что я никуда тебя не отпущу? Я никогда не давал тебе повода на это надеяться, Дайрин! — передразнил он меня. — Потому что ты всегда была моей. Как только тебя увидел, сразу же это понял.
Шагнул ко мне со странным выражением на лице, и я невольно попятилась.
Только вот бежать мне было некуда. Сзади обрыв, а дорогу к проходу между деревьями преграждал Клеменс. Оставалось лишь продираться сквозь кусты и плотную завесу из переплетенных колючих веток, но мой бывший друг расставил руки, не собираясь меня пропускать.
— Тебе никуда отсюда не деться, — подтвердил он мои подозрения. — Мы с тобой здесь одни, и пришла пора показать, кто здесь хозяин! Но я всегда тебя берег… Думал, ты нежная столичная штучка и тебе нужно больше времени, чтобы все понять.
— Что именно я должна была понять, Клеменс?
— Вот сейчас и узнаешь! — его лицо окаменело. — Сейчас ты все поймешь!
Впрочем, я и так уже догадалась.
— То есть, ты решил, что, если возьмешь меня силой, что-то изменится⁈ Я сразу же тебя полюблю?
Вместо ответа Клеменс коснулся рукой своей груди, и под его рубашкой завибрировал защитный магический амулет. Выходило, он приготовился к такому повороту заранее.
— Я не шучу, Дайрин! Если ты не хочешь идти за меня по-хорошему, ты пойдешь за меня по-плохому. Но уже после того, что я с тобой сделаю! И тогда, видишь ли, — он усмехнулся, — я так и так буду вынужден на тебе жениться.