Его глаза синие, как это небо… Смотрю на него, понимая, что не могу отказать… И не хочу.
– Хорошо, будь по-вашему.
Воздух дурманит. Ноздри щекочут ароматы лаванды и сигаретного дыма… Егор и Руслан Адамович курят, стоя возле увитой зеленью арки… Егор что-то оживленно рассказывает, смеется. Странное дело, я ведь считала его призом. Великим приобретением… Ходила, вздернув нос, и хвасталась парнем, которого мне удалось отхватить.
Его ведь все хотели… Красивый, высокий, умный, в Егоре был лишь один недостаток – бедность… Отец его давно умер, оставив семье неподъемные долги, мать все время болела…
– Любите его? – спрашивает Давид, а я вздрагиваю, удивившись собственной глупости.
Егор приказал развлекать гостя, а я… Снова предаюсь воспоминаниям, окунаясь в черный колодец боли…
– Что? Давид, зачем вам завод? Вы не похожи на человека, увлеченного переработкой вторичного сырья.
Нужно срочно поменять тему, иначе он все поймет… Люблю ли я мужа? Скорее, презираю. И себя заодно…
– Почему? – растягивает он губы в улыбке. – А на кого я похож?
Я бы не сказала, что Давид красив. Красота – это что-то женственное, смазливое, юношеское… Его привлекательность другая. Он чертовски мужественный, широкоплечий, тренированный. Шея у него, как… Отчего-то, в мыслях против воли всплывает картинка, как он нависает надо мной, присваивает. Большой и сильный. Способный защитить, закрыть тело от невзгод и пули…
– На мажора. На… Простите, я говорю чушь, – качаю головой. – Вы давно выросли из этого возраста. Но… Не могу представить, чтобы вы копались в грязи, расхаживая по закоулкам в каске. Там грязно, правда… Пыльно. И там воняет.
– Это так вы убеждаете меня купить завод? – улыбается Давид, выбивая сигарету из пачки. – Курите?
– Нет. Плохой из меня менеджер. Поэтому я и не пошла по стопам отца. Он был хорошим управленцем с двумя профильными образованиями, знанием английского и немецкого… Я никогда не умела торговаться.
Ага, а мужа купила… Пожалуй, это самая дрянная инвестиция. Меня можно представить к премии «Самое глупое вложение денег» или внести в книгу рекордов Гиннеса в этой же номинации.
Давид поджигает сигарету. Огонек на миг освещает его лицо – неожиданно длинные ресницы, аккуратную щетину. Я даже тонкий шрамик на его виске замечаю…
Господи… Нужно поскорее продать ему этот чертов завод и заняться своей жизнью. Поеду на Байкал, к дедушке… Он – мой единственный близкий человек… Тот, кто давно просит бросить все и начать с начала.
– Вы удивитесь, кто по образованию я, – усмехается Давид. – И мнение свое предвзятое измените… Про каски и грязь, и все такое.