«Пожалуйста, вернись. Еще не время.»
И оно послушалось. Нехотя, медленно, но втянулось обратно под кожу, оставив только легкое покалывание.
Янь прищурился.
— Ты с ним разговариваешь.
Это не было вопросом.
— Я… да. Это странно?
— Для обычного человека — безумие, разумеется. Для культиватора — необычный подход, со своими плюсами и минусами. Для носителя дикого огня — потенциально неплохой способ выжить. Похоже, твои инстинкты работают правильно. Это хорошо. Плохо то, что такой подход означает, что пламя будет требовать все больше свободы. И однажды оно может не захотеть возвращаться, может захотеть больше свободы, чем ты готов дать.
Он отошел в центр зала.
— Сегодня мы изучаем первую и главную технику выживания — «Внутреннее горнило». Это способ направить огонь внутрь себя, заставив его укреплять тело, а не разрушать. Правильно выполненная техника превратит ваши органы в закаленную сталь, кости — в вулканическое стекло, кровь — в жидкое пламя. Не в этот раз, разумеется. Неправильно выполненная — превратит вас в пепел. А вот это можно и с первой попытки.
Следующие четыре часа были адом. Мы сидели в позе… ну, допустим, лотоса, пытаясь направить внутренний огонь по специфическим маршрутам, которые Янь рисовал в воздухе огненными линиями. Каждый неверный поворот энергии отзывался болью. Каждая попытка форсировать процесс приводила к ожогам изнутри. Каждое промедление, кстати, тоже — огонь начинал застаиваться, чему был не рад.
К концу тренировки тощий паренек с безумными глазами потерял сознание, и его унесли в лазарет. Двое старожилов блевали кровью. У девчонки Ли Мэй пошла кровь из носа и ушей. А я…
А я чувствовал себя на удивление приемлимо. С некоторыми натяжками так и хорошо.
Не то чтобы техника давалась легко — нет, я тоже получил свою дозу внутренних ожогов. Но что-то в этом процессе было… правильным? Словно что-то во мне помнило, как это делается.
[Навык «Внутреннее Горнило» — Новичок]
Огонь признает твои усилия. Или просто развлекается, наблюдая за твоими мучениями. С древним пламенем никогда не знаешь наверняка.
После тренировки я поплелся в столовую — длинное помещение с грубыми деревянными столами, где кормили всех внешних учеников. Еда была простой — рисовая каша, овощи, кусок вяленого мяса неопределенного происхождения. Но после утренней тренировки я готов был сожрать что угодно.
За моим столом сидели еще трое учеников из нашей группы. Чжан Хао — тот самый крепкий парень с обожженными руками. Ли Мэй со своим шрамом. И еще один старожил — худой как щепка тип по имени Сюй Фэн, который, по слухам, был здесь уже третий год.