Сильный порыв морского ветра на секунду сдул клубы дыма, чем заставил несколько десятков окруживших место взрыва бандитов судорожно сглотнуть.
Это было похоже на силуэты. Дрожащие миражи человеческих фигур, ведь ничто живое не могло выжить в том аду.
Крак!
Покрытая пламенем балка громко лопнула, когда на неё кто-то встал.
И тогда они увидели тех, кому было всё равно, что возможно, а что нет.
Их одежда была разорвана, покрыта пеплом и гарью, а волосы были в полном беспорядке. Вот только не смотря на всё это, они были почти в полном порядке.
Не обращая внимания на гудящий вокруг огонь, Джек Без прозвища и дочь Миллиона порезов тошнотворно безразлично шли вперёд, наполняя их противников потусторонним, леденящим сердца ужасом.
Их одежда тлела, а ступни ног крошили угли, так как подошвы ботинок уже почти расплавились, но им было всё равно.
Пламя играло темными огнями на лезвии вытянутой сабли, которая была опущена вниз рукой Блэка. Во второй же руке сиял причудливо тонкий и длинный кинжал.
Девушка взмахнула волосами, которые в беспорядке накрыли её лицо, отбросив их на спину, после чего пристально посмотрела на тех, кто попытался их убить.
Её глаза пробежали по обычным бойцам, чтобы безошибочно остановиться на содрогнувшемся главаре.
— Что… Что вы стоите⁈ Стреляйте! Убейте их! — словно очнувшиеся после долгого сна бандиты начали поднимать своё оружие, пытаясь прицелиться в идущих к ним чудовищ.
Но разве кто-то сказал, что их цели будут покорно ждать пока в них выстрелят?
Над головой Джека мир дрогнул и, сгустившись, схлопнулся, породив горящую безликую фигуру, которая раскинув руки, буквально впитала часть окружающего огня, от чего засияла ещё ярче.
Сам же Блэк, взмахнув ножом, чуть ли не телепортировался к закричавшим от ужаса бандитам, так высока была его скорость от ударившего в спину ветра.
Взмах саблей достал сразу двоих, разрезав одного из них пополам, а другому разрубив горло. Но крови не было. Сабля буквально пела от покрывающего её пламени, которое и прижгло раны.
Стоявшие рядом бандиты попробовали перевести ружья на Джека, но именно в эту секунду к ним ворвалась женская фигура.
Широкий, прямой меч Оливии действовал куда более грязно, не имея прижигающего эффекта. Кровь и отрубленные конечности широким веером разлетелись от неё во все стороны, пачкая ещё живых врагов и заставляя их делать ошибки от испуга.
Андрей не зря тренировал свою команду с такой жестокостью. Каждая капля крови и пота, что они потеряли, сделали из них тех, для кого обычные, пускай и вооруженные люди не могли представить никакой опасности.