– Предприимчивые, – усмехнулся Туманский. – А родители не контролируют?
– Какой там контроль, – Микитович развел руками. – На дискотеках почти всегда драки, иногда очень серьезные. Молодежь какая-то агрессивная стала.
В дверь постучали. Вошел Илья Воронов.
– Максим Николаевич, можно доложить результаты по соседним номерам Бусько?
– Конечно, садись, – Максим указал на свободное кресло. – Что выяснил?
Илья открыл блокнот.
– Опросил администратора и горничных. В номерах, которые рядом с четыреста восемнадцатым, никто ничего подозрительного не слышал. В четыреста семнадцатом жил командировочный из Тарту, инженер фабрики. Но он уже съехал вчера утром.
– Фамилия, контакты? – спросил Максим.
– Записал все. В четыреста девятнадцатом – семья из Нижнего Новгорода. Мама с четырнадцатилетней дочкой, а отец отдельно в четыреста двадцать первом. На каникулы приехали Львов посмотреть.
– С ними говорил?
– Да. Никто ничего не слышал. Мама сказала, что они рано легли – устали с дороги. Отец вообще в тот вечер до позднего вечера где-то шлялся по городу, пришел под утро.
В этот момент зазвонил телефон на столе Микитовича. Подполковник снял трубку.
– Слушаю. Да… Да, понял… Сейчас запишу.
Он взял ручку и начал что-то быстро записывать на листочке бумаги.
– Степан Богданович Ковальчук… Анна Степановна Горюнова… Сергей Иванович Скворцов… Оксана Ивановна Мельник… Да, понял. Спасибо.
Микитович положил трубку и повернулся к московским гостям.
– Это звонили из школы. Я просил выяснить, кто из ветеранов помимо покойного Бусько вернулся с банкета на автобусе. Вот четыре фамилии. – Он протянул листок Максиму. – Две женщины и двое мужчин.
Максим изучил список.
– Значит, у нас есть четыре человека, которые последними видели Бусько живым, – сделал вывод Туманский. – Илья, где сейчас эти ветераны?
– Должны скоро вернуться с экскурсии в Олесский замок, – ответил Микитович. – К ужину будут в гостинице.
– Отлично. – Максим допил коньяк и поднялся с кресла. – Тогда вечером Илья поболтает с ними. А пока я хочу глянуть на документы по делу.
– Все организую, – кивнул подполковник. – Кстати, а ваша коллега, криминалист, как успехи? Какая-нибудь информация есть?
Максим пожал плечами и развел руки в стороны.
– Как видишь, пока ничего… Слушай, мне так эти «Родопи» надоели. Болгарские сигареты вообще все на один вкус. А что курят во Львове?
Микитович почувствовал, что следователь нарочно сменил тему, чтобы не обсуждать экспертное заключение по трупу. Он задумался, вспоминая, что курят львовяне, так как сам не курил.
– Если не ошибаюсь, то «Орбиту». В магазинах только ее и спрашивают.