— Разговоры еле слышны,
И над лагерем бродит тень.
В круговерти забот не заметили мы,
Как был прожит еще один день…
Голос у Елены Евгеньевны был неплох, ее «колыбельная» звучала нежно и романтично. Парни слушали неожиданно без смешков и подначек, практически затаив дыхание. Да что там, даже меня накрыло волной благостного настроя. Я натянул до ушей одеяло и молча улыбался, слушая, как вожатая не очень умело перебирает струны. Но звучало все равно очень мило. И как-то очень… уместно.
— Ну все, ребята, — Елена Евгеньевна тренькнула струнами в последний раз. — Теперь засыпайте, вы обещали.
— А можно еще одну песенку, а? — заныл со своего места Марчуков. — Ну пожалуйста…
— Спи, Марчуков! — Елена Евгеньевна тихонько хихикнула. — Завтра будем петь хоть до утра.
— А Игорь с нами пойдет? — спросил вдруг Мамонов.
— Игорь? — быстро спросила Елена Евгеньевна. — Не знаю… Если только сам захочет…
Взгляд ее стал растерянным, она быстро встала с края моей кровати и шагнула к двери.
— Так, товарищи, — сухо сказала она. — У нас с вами был уговор, свою часть я выполнила, теперь ваша очередь. Посмотрим, насколько можно полагаться на ваше слово.
Вожатая вышла и захлопнула за собой дверь. Чуть сильнее, чем это считается приличным.
— Что это с ней? — громким шепотом спросил Марчуков.
— Ничего, спи! — буркнул Мамонов, демонстративно отвернулся и накрылся с головой одеялом.
Верхолазов прошептал что-то своему соседу, тот прыснул. Но больше никто разговор не подхватил.
Заиграл горн отбоя. Я откинулся на подушку и закрыл глаза. Интересный будет поход, если Игорь тоже решит принять в нем участие. Прямо-таки все герои истории будут в сборе — мои мама и папа, Шарабарина, внезапно подключившаяся к интриге Елена Евгеньевна и Игорь.
О самом походе я старался не думать. Вес нагруженного рюкзака внушал мне одно сплошное уныние. Помнится, прогулка по городу с «отцом» в первый день моего прибытия оказалась настоящей пыткой. А рюкзак тогда был откровенно легче.
Думал, что долго не смогу уснуть, но какое там! Молодой растущий организм, в котором я находился, бессонницей явно не страдал и поспать любил и умел.
Снилось мне неожиданно странное. Я стоял на бетонных плитах, а передо мной возвышалась ракета. Настоящая, на опорах. По полю космодрома ползали странного вида машины на больших колесах, люди в униформе копошились у каких-то не то складов, не то акнгаров. Похоже, я наконец-то увидел сон самого Кирилла. Возможно, я смотрел на деловитую подготовку к полету в космос героя его произведения.
Или просто его мечты.