Встал напротив, положил руки мне на плечи, скользнул ладонями по рукам ниже.
– Катя, ты же знаешь, что я бы никогда так к тебе не отнесся.
Голос у него стал тихим. Каким-то проникновенным.
Я удивленно посмотрела на него сквозь слезы. Он что, снова мне про любовь петь собрался? Больной совсем?
– Я знаю, что ты пошла на все это, только потому, что тебе пообещали деньги. Катя, я приехал сюда за тобой. Давай уедем, а? Я тебя люблю, я тебя больше никому не отдам! Выходи за меня?
– Не трогай меня! – я бы отпрыгнула от него, но уперлась спиной в дверь. Некуда было отскакивать.– Не смей ко мне прикасаться! Я замужняя женщина, о чем ты говоришь?
Отекшее лицо побитого одногруппника ожесточилось.
Да он точно больной! Эмоции так и скачут!
– Так, значит, да? Замужем? За этим денежным мешком? Так я прав оказался, ты продажная шлюха? И сколько тебе нужно заплатить за час? Сколько? Десять тысяч? Двадцать? Я заплачу!
Он схватил меня за края воротничка. Рванул их в разные стороны. На мое счастье нитки на пуговицах были крепкими. Оторвалась только первая, а остальные удержались на месте.
Паника накрыла меня с головой.
Он же меня изнасилует!
Я закричала от ужаса. Хотела его оттолкнуть, но ослепленный бешенством мужчина был сильнее.
И тогда изо всех сил, настолько насколько смогла, я ударила его по носу.
Из-под нашлепки хлынула ярко-красная кровь. Бинт или что там у него было, повисло на кончике пластыря.
– Твою ма-ать!– он заорал как бешеный медведь.
Прижимая руки к лицу, согнулся пополам. Испугалась до безумия и я. А если я ему нос сломала?
Это же кошмар!
– Су-ука,– стонал от боли Олег.
Кровь уже капала между его пальцев. Белая рубашка, брюки – на всем были красные пятна.
– Убью тебя, тварь! – растопырив испачканные в крови пальцы, он вдруг бросился ко мне.
Я завизжала от ужаса и бросилась в сторону.
Увернулась чудом, отскочила к шкафу, в котором Петрович хранил документы. Схватила с полки тяжелую статуэтку и угрожающе подняла:
– Подойдешь ко мне, скотина, я тебе еще и по голове дам!
На моих рукавах тоже алели уже растекшиеся пятнышки. Видимо, попали брызги в момент удара.
И они только добавили страха в мое сердце.
Но бояться сейчас было некогда. Надо было спасаться.
Потому что Олег, словно безумный, двинулся на меня. Не слышал и не видел ничего. Протянул ко мне руки, и я отбила их этой статуэткой. Он зашипел, затряс пальцами от боли.
Он вообще неадекватен, что ли?
Я подняла свое оружие повыше, попробовала до него достучаться:
– Не подходи, Олег! Честное слово, я этого не хочу! Но если подойдешь – я тебя ударю!