— Я ничего не…
Где-то вдалеке хрустнула ветка. Затем донеслись приглушенные голоса. Охотник уставился на незнакомца с суеверным ужасом.
— Уходи, — вдруг сказал тот. — Беги в свою деревню и забудь все, что видел сегодня. А если не сможешь забыть — никогда никому не рассказывай.
— Ты отпускаешь меня?
— Да. Может, твоя смерть и не стоит того внимания, которое она привлечет.
Чужак отвернулся и двинулся к груде своих вещей, сложенных на берегу. Велеслав не стал испытывать судьбу. Он развернулся и побежал прочь, уже не заботясь о тишине.
— Эй, охотник, — окликнул его голос. — Как тебя зовут?
Велеслав остановился на мгновение:
— Велеслав из деревни Липицы.
— Запомни мое имя, Велеслав из Липиц, — произнес великан. — В этих землях меня будут звать Виктор.
Через две недели охотника Велеслава нашли мертвым в собственной хижине. Сердце остановилось во сне, сказал знахарь. Такое случается с людьми его возраста.
Никто не связал его смерть с рассказами о синеглазом великане, который появился в землях ободритов почти в то же время. Чужестранца, который говорил на многих языках и владел мечом лучше любого воина. Человека, который предсказал набег франков за три дня до того, как тот случился.
Никто не заметил и того, как внимательно наблюдал этот пришелец за мальчиком по имени Рюрик, сыном погибшего вождя. Мальчиком, которому было суждено изменить судьбу земель, лежащих далеко на востоке.
Человеческая память коротка, а время длинно. И лишь бессмертный свидетель знал, что колесо истории начало свой новый оборот.
### ВИКТОР
Стылый весенний ветер гнал рваные облака над поселением ободритов. Виктор стоял на холме, наблюдая за жизнью деревни внизу. За двенадцать лет он успел привыкнуть к этому месту — маленькому клочку земли на берегу холодного моря. Всего лишь мгновение в его бесконечно долгой жизни, но странным образом значимое.
Ладонь привычно легла на рукоять меча. Старая привычка, выработанная тысячелетиями. Впрочем, меч был не так уж и стар — всего лишь франкская работа двухвековой давности. Ничего особенного для обычного человека, но для него — почти новый.
— Снова дурные предчувствия, Крид? — раздался за спиной хриплый голос.
Виктор не обернулся. Он узнал тяжелую поступь вождя Велемира задолго до того, как тот заговорил.
— Просто наблюдаю, — ответил он.
Велемир встал рядом. Грузный мужчина с проседью в бороде и шрамом, пересекающим левую щеку. Когда-то это был могучий воин, но годы и раны взяли своё.
— Ты всегда просто наблюдаешь, — усмехнулся вождь. — Но каждый раз после твоего «наблюдения» мы либо снимаемся с места, либо берёмся за оружие.