Не зря я весь день её подбадривал и вливал энергию. Опять же, чай на травах лишним уж точно не был.
И всё же я понимал, что пускать девушку за руль не самая здравая идея — примерно по десятку причин. Как минимум потому, что Мира только что билась в судорогах на берегу ручья, её каналы едва пришли в норму, а «Волк» — бронированная машина весом в несколько тонн, которая легко может снести все заборы и большую часть построек Чёртовой Лапы. Садиться за его руль человеку, едва отошедшему от плена и приступа — чистой воды безумие.
С другой стороны, именно это безумие, судя по её глазам, ей сейчас было нужнее любого чая с чабрецом.
Я вздохнул.
— Если я скажу «стоп», — твёрдо произнёс я, — ты останавливаешься.
Мирослава торжественно кивнула, протянула мне кружку и, выпрыгнув из машины, потопала в сторону водительского сиденья.
Выйдя следом за ней, я окликнул Свята.
— Мы с госпожой покатаемся.
Он перевёл взгляд на Мирославу, которая уже обходила броневик спереди, оценивающе поглядывая на помятое крыло, и кивнул.
А затем одноглазый не сдержался и ехидно ухмыльнулся.
— Кричите «Флюгегехаймен» в рацию, если потребуется помощь, — выкрикнул он.
Я удивлённо посмотрел на своего командира гвардии. Опять это какие-то современные шуточки, для которых я слишком стар.
О… а чего это он побледнел вдруг?
Я проследил за взглядом Свята и увидел, как, стоя на пороге броневика, на него недовольно смотрит Мирослава. Может быть, она тоже полностью не поняла шутку вояки, но посыл оценила.
И тоже молча послала его куда подальше.
Петрович, проходивший мимо с ведром, сунул мне в руки какой-то свёрток.
— Бутерброды, Антон Игоревич, — деловито сообщил старик. — Вам ведь пока не вручишь, вы о еде и не вспомните. Компот могу…
— Уже с собой. — Я указал на рюкзак и поспешил забраться на пассажирское место, ведь Мира уже сидела за рулём.
Петрович явно хотел сказать что-то ещё, но махнул рукой и двинулся дальше по своим делам.
«Старый ворчит, мол, баба за рулём — к беде», — доложил мне Рух, пролетевший в невидимости над нашими бойцами и плюхнувшийся на крышу «Волка».
«Зря они так. Из женщин получаются хорошие возницы. Вспомни хоть, как Третья ловко колесницей управляла!»
«Это ты вспомни, Первый, как она на этой колеснице врезалась в крепость Костяного Короля. Там взрываться нечему было, но громыхнуло так, что кости её лучников ещё три дня с неба падали».
Я призадумался и невольно схватился левой рукой за сиденье — ручек в броневике не было.
«Волк» резко рыкнул, и я инстинктивно упёрся правой ладонью в приборную панель.
— Это не лошадь, — сообщил я вполголоса.