— Вроде стало чуть понятнее, — вдумался я в его слова и постарался осознать. — Но тогда нужна просто большая практика, сосредоточенность и вовлечённость в процесс, верно?
— Было бы верно, не будь у тебя такой аномальной скорости обучения, автоматической защиты и регенерации. Всё это, по аналогии с рукопашным боем, должно сильно ускорить процесс.
— Ладно. Давайте ещё раз попробуем.
Я снова встал напротив стрелка, охватил всю его фигуру взглядом и постарался приготовиться.
— Да чтоб тебя…
Снова выстрел, и снова от синяка меня спасает автоматически реагирующая защита. Вот у кого точно нет проблем с реакцией, в микроскопические доли секунды коммуникатор просчитывает тысячи различных вариантов и анализирует угрозы, заодно успевая реагировать, нагнетая в угрожаемую зону воздух под давлением и формируя защиту из твёрдых материалов, находящихся в округе.
Только после пятидесятого выстрела, когда моя энергия просела уже на пять процентов, начало что-то получаться. Как и на тренировке по рукопашному бою, я стал лучше подмечать мельчайшие изменения в стоящем напротив противнике. Перед выстрелом делает рефлекторный короткий вдох, задерживая дыхание, и слегка прищуривает левый глаз. Его тело напрягается, и я вижу, что сейчас произойдёт выстрел. Слова подполковника приобретают смысл, и я начинаю осознавать и замечать эти мелкие признаки.
Смещаюсь чуть в сторону, буквально на несколько сантиметров, одновременно поворачиваясь полубоком, и пропускаю мимо себя резиновую пулю, несущуюся дальше. Отмечаю расширяющиеся глаза противника, делаю два шага и снова смещаюсь влево, заставляя его тратить время на доворот оружия. Снова выстрел и опять мимо. Вижу зарождающуюся панику в его глазах, и снова два шага и уход вбок. Третья пуля проносится мимо, а мне остаётся сделать до него всего двадцать шагов, причём я точно знаю, что у него осталось всего пять выстрелов в магазине. Приучив его, что я всё время сдвигаюсь вперёд и влево, на этот раз видя, что он нажимает на спуск, принимаю правее, пропуская летящий кусок резины далеко влево от меня. Противник пытался взять на упреждение и прогадал, сильно промахнувшись. Я всё больше понимаю и осознаю сказанное мне раньше, ведь теперь ему, чтобы вернуть ствол оружия обратно, потребуется дополнительное время, за которое я успеваю сделать ещё шаг. Быстрые два выстрела, следующие практически один за одним, но и они проходят мимо, правда, второй практически цепляет за одежду, но промах остаётся промахом. До тренера остаётся всего несколько шагов, но расстояние уменьшилось, а значит, что среагировать на выстрел становится сложнее. Ломаным движением, как в танце, я смещаю тело влево, оставляя ноги на месте, и делаю очередной шаг, пропуская предпоследнюю пулю. В глазах у стрелка уже явно плещется паника, он нервничает и совершает ошибку, промахиваясь на расстоянии меньше десяти метров. Сухо щёлкает боёк, и я бросаюсь вперёд, подныривая под вытянутую руку с пистолетом. Захват, скручивание тела, бросок и болевой, после которого пистолет оказывается уже у меня.