Его слова вызвали во мне бурную реакцию.
— Какого черта? Почему я тогда тут занимаюсь фигней, утюжа какие-то провинциальные планеты? — Не выдержал я. — Я же могу изменить ситуацию!
— И что? Что ты сделаешь против нескольких тысяч кораблей? Они реально стянули весь свой флот, даже с такого захолустья, как то, где ты находишься. Да и не успеешь ты прибыть вовремя, слишком поздно стало обо всём известно. Флот уже собран и уже летит. По всем расчётам, Земля скорее всего будет для нас потеряна, но мы отрабатываем резервный план спасения. — Начал он попытку успокоить меня. — Отправим большую часть человечества в порталы. Параллельно разрабатываем программное обеспечение для коммуникаторов, чтобы координировать действия. Других вариантов нет. Надо уходить в подполье.
— Какое к черту подполье? — Начал я кричать и ко мне в каюту, услышав, что происходит что-то не то, ворвалась Рийса.
— Макс? Всё в порядке? — Не удержалась девушка.
— Нет! Всё катится к чёрту!!
В голове мелькнула шальная мысль. Может всё же выйдет как-то исправить ситуацию? Не обращая внимания на генерала, сидящего с виноватым видом, перевёл взгляд на подругу.
— Подскажи, сколько нам осталось прыжков до Земли?
Она проверила маршрут и выдала ответ.
— Двадцать три. А что?
Я быстро посчитал в уме. Выходит, чуть больше ста часов с перезарядкой. Больше четырех дней.
— А вот это ограничение в тысячу световых лет за прыжок. Оно чем обосновано? — Продолжил подводить её к интересующей меня мысли.
Рийса задумалась прежде, чем ответить. Она основательно подошла к делу и неплохо изучила доверенный ей объект, поэтому я надеялся, что она располагает нужными мне сведениями.
— В принципе… — Осторожно начала она. — Это военная станция и запас мощности у неё есть. Тысяча световых лет — ограничение наложенное искусственно. Большие транспортники, огромные крейсера — которые не могут поместиться внутри станции — не могут совершать прыжки большей дальности. А такие станции без сопровождения обычно не летают. Вернее, я вообще раньше не видела таких станций, поэтому мне сложно судить об этим.
Я нетерпеливо оборвал её.
— Так всё же, какой максимальный прыжок мы сможем совершить?
— В теории. — Всё так же осторожно, взвешивая слова, продолжила она. — Можем спокойно прыгнуть на весь запас топлива, сразу на десять тысяч. Потом около суток на перезарядку всех топливных элементов и проверку, а затем ещё один прыжок.
— Сколько у нас есть времени? — Перевел я взгляд на терпеливо дожидающегося Томилина.
Мужчина пожал плечами.
— Точно не известно. День, может два…