Во время полёта я медленно качал телосложение, развлекаясь с тренировочными болванчиками, попутно повышал интеллект и мудрость в равных пропорциях. Что-то внутри мне подсказывало, что все характеристики должны быть синергичны друг с другом, не сильно отрываясь и я почему-то верил этому ощущению. Заодно решил посильнее прокачать инвентарь, чтобы захватывать большую область при сканировании. Небольшие истребители — это конечно хорошо, но свой звёздный флот с нормальными боевыми кораблями — гораздо лучше.
Оказывается, война прибыльное дело. Только раньше она приносила прибыль производителям оружия, а сейчас тем — кто лично убивает врагов. Рецепт становления сверхчеловеком довольно прост — всего-то, причинять геноцид в промышленных масштабах.
Был бы это кто-то другой, а не ящеры, я бы всей душой воспротивился этому, но пока летел, посмотрел десятки видеороликов о том, что происходит на Земле. Чёртовы ящерицы не церемонились с населением, вырезая его под корень во всех местах, где им не могли дать отпор. Они реально пытались превратить нашу планету в пустыню.
Редкие кадры с Австралии показывали, что они уничтожили там даже кенгуру! Они-то им что сделали? Что за ненависть к сумчатым? Что-то генетическое? Не поделили в прошлом на своей материнской планете?
Так что нет. Никакой жалости. Никакого прощения. Если понадобится, то я лично пройдусь по всем планетам их звёздной империи стирая всю жизнь под ноль. Либо они — либо мы. Не мы начали эту войну, но, если понадобится — я сам её закончу. И всё необходимое у меня для этого есть!
Тем более, по новостям с фронта, наши уже умудрились уничтожить несколько вражеских планет, подрывая какие-то новые, сверхмощные бомбы. По сути, сейчас велась война на истощение. Кто первый сдастся и чьи ресурсы быстрее закончатся. На стороне ящеров было огромное количество живой силы, причём каждая рептилия находилась в диапазоне от сорокового до сотого уровня личной силы по определению системы, а с нашей стороны многочисленные системщики, порталы и мобильность. Ну и боевой дух, не позволяющий даже помыслить о сдаче.
В итоге силы были практически равны. По крайней мере, пока не появился я, сместив чашу весов в нашу сторону. Древняя орбитальная станция оказалась довольно увесистым камешком, как и печатаемые мною истребители.
Все пилоты, опробовавшие их, наперебой нахваливали маневренные характеристики, скорость, силу щитов и атакующую мощь, с удивлением констатируя — что аналогов сейчас не существует. Что даже самые дорогие и навороченные модели, на которых они летали, не могут показать и в половину такой же эффективности, что наталкивало меня на странную мысль о том, что такие мощные машинки делали в крейсере ящеров? Ведь даже первые двести экземпляров, которые я печатал для нашего космического флота, уже обладали такими характеристиками.