Как бы так половчее сыграть, чтобы оба принца стали заинтересованы в моем маркграфстве?
Но этот вопрос я решил обдумать завтра.
Стоило добраться до каюты, как сон меня не столько сморил, сколько сразил наповал. Достаточно было лечь на узкую койку, как словно разжалась какая-то пружина, отпустив сдерживаемую прежде усталость, и я провалился в темноту «маленькой смерти».
Не знаю, сколько прошло времени, но пробуждение вышло неприятным — я слетел с койки, больно ударившись локтем. Все пространство шаталось, словно я всю ночь не в засаде с третьим принцем сидел, а бражничал. Если бы мы были на морском корабле, то я бы сказал, что мы попали в жестокий шторм. Но дирижабль как-то менее склонен к подобной болтанке.
Впрочем, вскоре все как-то успокоилось. Похоже, «Вершитель Судеб» заложил какой-то слишком резкий манёвр. И предчувствие мне подсказывает, что это неспроста. Да и легкая вибрация корпуса говорит о том, что паровик работает во всю мощь.
Это мысль быстро выбила из меня остатки сна.
Первым делом оружие.
Несмотря на усталость и связанное с ней отупение и ослабление внимания, ремень с револьвером я все же снял, прежде чем завалиться на кровать. Хотя и совершенно не помню, когда успел это сделать. Тело само сработало, пока мозг заранее отключился, предвидя отдых.
Достав «Стража» по привычке проверяю барабан, хорошо ли сидят насаженные на затравочные трубки пистоны. Вроде бы все в порядке, да и пули вчера зачаровывал, прежде чем на ночную охоту идти.
Ну а тот факт, что если мне в воздухе понадобится револьвер, то дела совсем дрянь, можно опустить.
На мостик я не пошел. Да и кто меня туда пустит? Отправился в кают-компанию. Там точно есть кто-то из свитских, и они-то должны знать, что происходит.
В узких коридорах было пусто, но к отдаленному рокоту паровика, добавились звуки лязгающего металла. На орудийной палубе, что находилась чуть ниже, явно шла подготовка к бою. А иначе, зачем заряжать орудия?
Ответ уже привычно нашелся на подходе к кают-компании.
Почтенный Согер, приставленный к обслуживанию высокопоставленных пассажиров боцман, был необычайно собран и обзавелся тонким свистком. Прежде он его не носил. Да и на поясе боцмана висела кобура с длинным армейским «Вепрем», а раньше он ходил без оружия.
На «Вершителе» тревогу сыграли, раз арсенал открыт? А я и не заметил? Проснулся, только когда дирижабль начал резко маневрировать. Первый раз со мной такое. Что-что, а сигнал тревоги и мертвого на ноги поставит.
— Что случилось? — поинтересовался я у боцмана.
— Похоже, погоня, ласс, — он указал рукой в стену, словно я мог что-то увидеть через обшивку. — Нас преследуют четыре боевых дирижабля первого-второго ранга. И еще два-четыре непонятных вымпела заметили в стороне, спешат наперерез.