Ну да, так я и поверил, что железный маркграф не использует скрытые пороки посетителей «Красного Шара» в свою пользу.
Впрочем, это не мое дело. Хотя от походов по столичным борделям придется воздержаться. Кто знает, сколько в столице таких вот «Красных Шаров». И кто на самом деле контролирует эти почтенные заведения.
Демоны, я себя монахом чувствую. Причем из самого строгого ордена, практикующего полный целибат. У меня слишком давно не было женщины. Что самое обидное, похоже, что до возвращения в Степного Стража и не будет. После таких-то открытий! Хоть со змейками начинай спать, потому что сразу понятно, что шпионят.
— Так что там за история с титулом маркграфа Вольной марки? — поинтересовался Александр Ранк. — Это тебя третий принц надоумил?
— У меня и своя голова есть! — резко ответил я.
Не люблю, когда меня подозревают в чем-то постыдном, особенно во всяких там связях с принцами. Вот еще одна причина, по которой я не спешу открываться тому же железному маркграфу. Александр Ранк то же фольх, да еще и бывший глава Корпуса Хранителей. Вот и привык, что все перед ним стоят по струнке либо в позе «чего изволит Ваше Сиятельство». Давит своим авторитетом и властью, довлеет.
— Возможно, все возможно. — Поняв, что давление на меня не действует, маркграф решил отступить, смягчив свои слова очередной сухой улыбкой. — Но зачем тебе этот титул?
— Власть, — пожал я плечами, словно удивлен глупостью подобного вопроса. — Влияние, богатство.
— Голос в фольхстаге?
— Я же говорю — власть, — вновь пожал я плечами. — Даже такая малая возможность влиять на решения фольхстага дорогого стоит.
— Дорогого, — согласился маркграф. — Похоже, ты просто не представляешь, насколько дорого тебе это встанет. Фольхи не просто взбесятся. Они будут в ярости! Ты станешь для них вечным фактором раздражения — врагом номер один. Нет, возможно, делая уступку третьему принцу, северяне тебя даже поддержат. Но потом постараются так или иначе утопить. Не скрывая своих замыслов даже от принца. И это я не говорю про южан и первого принца, которые начнут топить тебя еще до знакового заседания.
— С первым принцем я планирую договориться. Возможно, он не станет мне помогать, но и мешать не будет.
— Хотелось бы мне знать, как это у тебя получится, — скрипуче хохотнул маркграф, а затем посерьезнел. — Хотя, именно у тебя-то получится.
Он задумался, продолжая буравить мое лицо внимательным взглядом.
— И все же, — сухие губы вновь разомкнулись, нарушив затянувшееся молчание, — кто из принцев получит твой голос. Разумеется, если ты протянешь до будущего голосования за кандидатуру нового императора.