— Уверен, что так оно и есть — Лазутин и эти «нлошники» — одно целое. Это законспирированная сила, которая в определённый момент, стала влиять на положение дел на фронте.
— Но кто ей управляет?
— Очевидно, что те, кто не в нашей власти. Думаю, они подчиняются напрямую «Ставке». И эти выводы сделаны не просто так. Вы читали последнюю сводку с фронта? По тылам противника в районе Вязьмы было нанесено множество бомбовых ударов, которые вывели часть инфраструктуры, склады ГСМ, уничтожили самолёты и бронетехнику противника. И знаете что самое интересное? В тот день, в том районе наши войска, равно, как и партизанские соединения, никаких ударов не наносили. Значит что? Правильно! Это ударили те, кто может это сделать с помощью НЛО. Причём ударили в том месте, где это было стратегически нужно. Сейчас там идут тяжёлые, кровопролитные бои. Наши войска с трудом держат оборону и ослабление немецких резервов и тылов, играет нашим сражающимся соединениям на руку. Но как так совпало, что они действуют там где надо? Ответ только один — они получают приказы напрямую из нашего штаба или от кого-то выше.
— Тогда зачем они идут с нами на контакт?
— Этого я понять пока не могу. Но очень хотелось бы узнать. Равно, как и то, какой именно доклад о нашей встрече они сделают наверх, — вздохнул генерал, и посмотрел на своего подчинённого тяжелым взглядом, добавил: — Интересно, как отреагирует наше руководство, когда мы вместо сверхсекретного передатчика радиосвязи, который очевидно очень ждут, предоставим только изрешечённый пулями чемодан без ручки. Вы тоже думаете, что по головке нас не погладят⁈ Тогда давайте придумывать как будем оправдываться, ведь дело может быть очень серьёзным.
Падение раненой птицы
Наматывая туман на лопасти винтов, изорванный пулями, дымящийся дрон шёл на запад…
— Всё, не могу больше. Теряем высоту, — спустя пару секунд то ли полёта, то ли неуклонного падения констатировал я очевидное.
Ждать было больше нельзя и чтобы спасти хоть что-то, хоть какие-то остатки октокоптера, стал приземлять подбитую боевую единицу в поле возле реки.
— Садимся…
Стоящий рядом Кудрявцев проскрежетал зубами:
— Как же так, Николай⁈ Зачем они это сделали?
— Я не знаю, Сергей, — борясь с болью в горле, ответил я, и предположил: — Возможно, моя речь их испугала, ведь они на нервах были. И возможно, я слишком резко стал снижать высоту, вот они подумали, что это нападение. Но произошло, что произошло. В любом случае об этом будем думать потом, а сейчас нам надо выпутываться из сложившийся ситуации.