— Мы сможем создать что-то подобное? — уточнил он, стукнув пальцем по толстому стеклу банки.
Менять облик не хуже альвского притворщика — это ли не мечта? Десятки если не сотни возможностей. Уязвимость к паре плетений стоит таких возможностей.
— С этим сложно, — честно признал Энно. — Быстрых результатов не будет. Сама основа маски имеет непонятное, но явно альвское происхождение.
— Альвы снизошли и поделились своими знаниями с грязными хомо? — сыронизировал маркграф, отлично зная высокомерие хозяев Великого леса.
Имперцы, островитяне — для альвов все едино. Просто первые уже враги, а вторые пока что полезный инструмент. Станет бесполезным — перейдет в число врагов.
Правда, островитяне относятся к альвам не лучше, если не хуже, чем к эданцам. Эданцы хоть и потомки мятежных колонистов, но все же люди. Более того — бывшие выходцы с островов. Один язык, культура, религия — общие корни.
А альвы — это альвы. Другой, чужой, совершенно непохожий на людей вид, по какой-то нелепой прихоти богов, а то и ошибке, занимающий внушительную и самую лучшую часть Суренасила.
Разве можно с этим мириться?
— Зная альвов, сильно сомневаюсь, что они чем-то добровольно поделились, — в тон маркграфу отозвался Энно, так же не найдя возможности для подобного «союза». — Но некоторое сродство с притворщиками отрицать глупо.
— Твое мнение?
Некоторое время бывший журналист обдумывал вопрос.
— Возможно, островитянам удалось поймать и изучить живого притворщика, — предположил он.
Да, притворщики могут полностью менять тело. А тут всего лишь изменение лица, но не так давно ему довелось изучить одного такого. Спасибо Гарну Вельку! Куда в империи в последний год без одного шустрого юнца? И отрицать некоторую схожесть самого принципа столь радикальных перемен внешности было бы глупо.
— Альвы слишком трепетно относятся к своим сородичам, чтобы спускать подобную дерзость, — напомнил маркграф.
Это было справедливое замечание. Ради одного единственного альва обитатели Великого леса могли с легкостью жертвовать сотнями варгаров и тысячами ликанов. Про боевых химер и говорить не стоит. Кто их считает?
Конечно, притворщики особый случай. Прячась среди людей, они куда уязвимее прочих обитателей Великого леса. Но они все же альвы. Измененные с помощью ритуалов или рожденные со своими пугающими способностями, тут ученые и маги Эдана не пришли к единому выводу, но альвы. А исчезновение любого альва не остаётся без внимания Великого леса.
— Это если они вообще знают, что именно островитяне к этому причастны, — заметил Энно. — Все ведь могло произойти и на территории Эдана! — предположил он в приступе внезапного озарения. — И альвы обвиняют нас!