— Выбираемся что ли? Так жрать хочется, что спать негде. А самое обидное, не с кем, — сокрушённо вздохнул он, кивнув в сторону люка. — Только после вас. Оставлять тебя одного в кабине я не рискну.
— Да-да, переживаешь за Хальт. Твоя главная проблема — любовь к повторению несмешных, однотипных шуток.
— Я бы сказал, кто моя главная проблема. Да она обидится, лишив меня жалования, — донеслось мне в спину.
— Новая шутка? Почти смешная! Делаешь успехи, — усмехнулся я, нащупав ногой первую ступеньку лестницы.
— Делаю, когда не шучу, — согласился Бахал, выбираясь следом за мной из люка «Дракона».
Прыжок на землю отдался вспышкой острой боли. Раньше не обращал на это внимание, но ступеньки у «Дракона» могли бы и пониже располагаться.
Первое, что бросилось в глаза, а скорее впилось в нос — запах горячей еды. Ожидая нас, над кострами весело булькали своим аппетитным содержимым большие котлы.
У Руяна есть организаторская жилка! Приятно, когда сразу же после изнурительного марша тебя встречает горячая еда и теплая постель. Ладно, насчёт постели ему не пришлось сильно напрягаться. Наш лагерь в долине никуда не делся. Но тот факт, что он заранее отправил вперёд гонца, чтобы известить о нашем скором прибытии и распорядиться насчёт ужина говорит в пользу князя.
Моя школа!
Усмехнувшись этой несмешной шутке, я направился к выделенной мне палатке. Не такой большой, как у Руяна, там скорее шикарный шатёр, но всё равно довольно комфортной.
Хоть и проделал весь путь в почти забытом статусе пассажира, а чувствую себя словно после многочасового марша в кресле пилота.
Ужин прошел в молчании. Все слишком вымотались за эти дни. Даже у Бахала иссяк казалось бы бесконечный запас не смешных шуток.
Спасибо князю всех князей, у нас есть три-четыре дня на передышку. Главное, чтобы его вновь не пришлось спасать из западни.
Быстро приговорив тарелку с пряным рагу, я удалился в палатку, стянул с себя одежду.
После проверки повязки на ноге, взгляд зацепился за бинты на левой руке. Зачем я их всё ещё ношу?
Острый нож разрезал тонкие слои ткани. В свете единственной свечи сверкнули драгоценные камни трофеев, снятых с убитого мага. Явно дорогие игрушки. Если забыть про артефактные свойства, есть стоимость камней, золота и работы.
Но забыть про артефактные свойства не получится. По ободу перстней идёт тонкая, едва различимая цепочка рун.
Завтра покажу их Руяну. Моих знаний недостаточно, чтобы по рунным цепочкам определить возможности доставшихся трофеев.
С этими мыслями я задул свечу, наконец-то проваливаясь в сон.