— Господи… — Вероника обречённо закатила глаза.
— Никто не знает, Ваша Светлость. Однако, ходят слухи, что Олимпийский комитет заплатил очень много налогов. Знаете, есть такой налог «на распил». Слышали, когда-нибудь?
— Это всё, конечно, замечательно. — улыбнулся я: — Но, почему они так заострили внимание на кроватях? Неужели подобными вещами нельзя заниматься на полу? Стоя? Возле стены? На подоконнике? И ещё огромной куче различных мест?
Покровский посмотрел на меня с явным недоумением, а Студнев расхохотался во весь голос.
— А Фёдор Александрович — дело говорит! — бородач смахнул выступившие слёзы.
— Вот и я о том же! — кивнул кот: — Скажите, Госпожа Юсупова — насколько вы оцениваете актуальность антисекс-кроватей на Олимпийских играх от одного до десяти?
— И, как вы терпите такого фамильяра? — Вероника злобно посмотрела на меня: — Он же только и делает, что всех поддевает или саботирует…
— О, мы с Семёном на одной волне. — честно признался я: — Если относиться к его говору с юмором, то получается очень даже весело.
— С юмором? Вы хоть понимаете, к кому мы едем? — Госпожа Юсупова строго оглядела всех присутствующих в салоне: — К Императору! А вы, чем занимаетесь? Обсуждаете сплетни Олимпийских игр и… простите — сношение спортсменов? Вам самим-то от себя не стыдно?
— Мне — нет. — пожав плечами, ответил Покровский: — Я считаю, что любая тема достойна обсуждения, но, если ты в своём кругу. Скажите, Вероника Тимофеевна — вы же в нашем кругу?
— Вынуждена быть. — вздохнула Юсупова: — Но Симулус прав. Олимпиада погрязла в коррупции и казнокрадстве. А Его Императорское Величество уже давно рассматривает вариант, как бы так выйти из Олимпийского комитета, чтобы не начался международный скандал. Скажу вам больше — именно я проявила инициативу, когда увидела, что творится на Олимпийских играх. Красивая ширма, за которой…
— Разврат? — с надеждой спросил кот.
— Нет. За которой обман, лицемерие и разбитые судьбы детей. Но не будем об этом. Сейчас вам нужно готовиться к встрече с Императором. Он очень не любит, когда его гости не знают, что сказать.
— С этим пушистым помощником у нас точно проблем с разговорами не будет. — вновь расхохотался Студнев и указал на Семёна.
— Кстати, перед Императором тебе придётся принять человеческий облик. — строго произнесла Вероника и жутким взглядом зыркнула на кота.
— Да. Это не проблема.
А случись подобное пару месяцев назад, сгусток мохнатой тьмы уже впал бы в истерику… Жизнь меняет людей. И котов.
Пока мы продолжали путешествие по утренней Москве, которая как будто выдохнула после ночного напряжении — я размышлял.