Хаос оборвался так же внезапно, как и начался.
Вторая половина слизня, пронзенная арбалетным болтом Киры и моим мечом, замерла, а затем с тихим шипением оплыла, превращаясь в лужу зловонной жижи. В тот же миг первая, все еще державшая Неуязвимого, издала пронзительный, булькающий визг и тоже растворилась, оставив нашего танка стоять посреди груды органического мусора.
Несколько секунд мы просто стояли, тяжело дыша. Воздух был наполнен запахом озона и гнили. Тишину нарушал лишь скрежет металла — это Неуязвимый, тяжело опираясь на топор, пытался выпрямиться. Его доспехи дымились от кислоты, а полоска здоровья висела на волоске от нуля, медленно восстанавливаясь благодаря последнему исцеляющему заклинанию Михаила.
— Жив, — коротко бросил он, скорее самому себе, чем нам.
Кира подошла и молча протянула ему лечебное зелье. Он кивнул в знак благодарности и осушил флакон.
Мы победили. Но не ощущалось как победа. Похоже на выживание в авиакатастрофе — ты рад, что жив, но вокруг лишь обломки и осознание того, насколько близко ты был к концу.
Вы победили [Мутирующий Слизень Плоти]!
Получен опыт: 8500
Получен новый уровень.
Получен предмет: [Нестабильная эктоплазма] ×5
Получен предмет: [Сердце Аберрации] ×1
Получен предмет: [Мастер-ключ] (Качество: Эпическое)
Получен предмет: [Наручи забытого стража] (Качество: Зеленое)
Опыт щедро посыпался на нас, поднимая уровни и восстанавливая силы. Я передал наручи танку — неплохой апгрейд для Олега.
Ключ. Предмет выглядел как сложный механизм из переплетенных шестерней и светился мягким внутренним светом. Это была наша настоящая награда. Незаслуженная, но от этого не менее значимая.
Мы нашли относительно чистый уступ в стене и расположились на отдых.
Неуязвимый сел, прислонившись спиной к стене, и закрыл глаза. Кира молча чистила кинжалы, но я видел, как напряжены ее плечи. Михаил перебирал струны лютни, но музыка не рождалась.
— Катастрофа, — нарушил я тишину. Голос прозвучал ровно, как на рабочем совещании после проваленного дедлайна. — Мы победили не благодаря тактике, а вопреки ее отсутствию.
— Мы просто не были готовы к такому, — попытался возразить Михаил. — Он разделился, это нестандартная механика…
— Дело не в механике, — отрезал я, глядя на свои руки. На руки воина. — Дело во мне. Я был бесполезен. Хуже, я был помехой. Пока я анализировал одну угрозу, появлялись две новые. Я стоял в метре от Олега и не видел, что его здоровье на нуле, пока он сам не крикнул. В гуще боя я не могу анализировать ситуацию и командовать.
Я поднял взгляд и посмотрел на них.