— Почему же? Они… совсем иные.
— В том-то и дело, — кивнул я. — Они иные. Жрут золотишко, впитывают энергию, и они единственные из нас, кто постоянно буквально купается в ауре Столпа и его плоти. Они под воздействием Столпа? Они владеют и управляют самым крупным из виденных мной калибров в мирке вокруг Столпа. А фантомы сходят с ума? Что может натворить в любом из бункеров один спятивший фантом, который способен порождать смертоносный электрический шторм? Я могу предсказать нужды и мотивы землян, луковианцев, может, даже антелиров. Но я ничего не могу сказать о нуждах фантомов. Даже сейчас они просто позволяют вам забирать отходы производства в обмен на золото и прочие нужные им металлы. Они хозяева положения. А вы робко роетесь в их мусорных контейнерах, как бомжи на заднем дворе супермаркета…
— О как, — крякнув, Михаил Данилович покрутил хрустнувшей шеей и потянулся за очередной сигаретой. — Я бы сказал, что у нас с ними партнерство и взаимовыгодные отношения. Чистой воды бартер.
— Не-а, — покачал я головой. — Обмен хлеба на мясо — это взаимовыгодные отношения. Это бартер. А когда меняешь мусор на хлеб… это тоже, конечно, бартер, вот только совсем иного рода.
— Любишь ты заставить людей взглянуть на все с другой точки зрения.
— Я просто никому не верю сразу, — покачал я головой. — Но я не говорю, что фантомы — угроза. Может, они на самом деле куда умнее нас и живут в своей вымышленной мысленной реальности. Может, они любуются звездами и ничто другое им не требуется. Но уверенными в этом мы быть не можем. Пока оставим фантомов. Луковианцы — несомненная угроза. Я уверен в этом. Они организованы, сплочены…
— Я уже говорил тебе это.
— Но забыли упомянуть, что они свято соблюдают иерархию и субординацию. И что цели общины для них куда важнее целей личных, — возразил я. — Вот что самое страшное. Наша готовящаяся экспедиция планирует посещение бункера Восьми Звезд?
— Боюсь этого, но, понимаю, что врага надо знать в лицо. Поэтому — да. В финале путешествия, если поймем, что это достаточно безопасно, — кивнул Михаил Данилович. — Так что скажешь, Охотник?
— Что скажу? Я в деле. Я и все мои ресурсы. Я правильно понимаю, что мы уже достаточно насиделись в неведении и надо как можно скорее наверстывать упущенное время?
— Правильно понимаешь.
— Тогда самое время ускориться, — кивнул я, прокручивая в голове содержимое своих тайников в вездеходе. — Как я понимаю, без оружия нам не обойтись.
— Ну… ты сам сказал, Охотник… Дипломатия — это поднятый над головой меч в ножнах. И зачехленная пушка всегда лучше, чем пустой орудийный лафет. Я рад! — поднявшись, старик протянул мне руку, и я без колебаний пожал ее. — Я рад, что ты с нами.