— Говори.
— Дела отца — это его дела. У нас же с вами есть своё дело, старший.
— Какое же?
— Обещание, старший. Вы дали мне обещание, и я х… т… — Аледо вновь сжала губы, затем выдохнула, попыталась в третий раз, — … ожидаю, что вы выполните его.
Обещание? Какое ещё обе…
Я выругался про себя. Дарсов тупица. Почему с того ритуала безумного духа я ни разу не вспомнил про это? Почему, размышляя о лице Аледо в круговерти образов, я думал о её отце, а не о ней самой?
Разве не с этого началось наше второе знакомство на улицах? С мысли, что я должен самой Аледо?
Разве не просеивал я недавно на лестнице воспоминания об этой встрече? Неужели я в них что-то упустил? Да что значит «неужели», когда это так и есть. Я ей обещал… Я ей…
— Неужели вы не помните обещания, старший? Странно для того, чей талант — замечать намёки Неба в событиях, что происходят вокруг. — Аледо сжала кулаки, странно подалась вперёд, затем резко выпрямилась и покачала головой. — Что же, я напомню вам и намёки, и обещание. Однажды к девочке, которая потеряла надежду, которая радовалась даже грязной лепёшке, пришёл старший. Догнал, убедил, взял с собой. Отмыл, подарил платье, поднял в небо, показав, как огромен мир. Этот старший дал первые советы о Возвышении и первое утешение моей торопливости. А ещё этот старший сказал у костра, что это моя жизнь, моя справедливость и моя месть. Он пообещал, что когда я получу силу, то вернусь в город и постучу в его ворота.
Аледо подняла руки, вновь сжала кулаки, блеснул металл, на одной руке ярко, на другой, в тени гроздей глицинии, тускло, на руках Аледо за один миг появились широкие браслеты, переходящие в… когти?
Я часто заморгал, осознав, что вижу перед собой: буквально мои наручи и стальной Коготь Роака, сплавленные воедино. Вот на что намекал Хорит?
— Я получила силу, я вновь встретила вас, старший. Вам пора сдержать своё обещание и вновь поднять меня в небо. Разве может Небо намекнуть ещё сильнее, чем сейчас?
Я покачал головой, заставив Аледо зарычать:
— Старший!
Коротким жестом я оборвал её возмущение.
Ну надо же. Как она меня… Как она мне прочистила мозги и память. Что же, у меня только один выход. Я протянул руку:
— Летим.
Аледо замерла на миг, не веря, а затем шагнула вперёд, хватая меня за руку, стальной коготь её оружия лёг поверх рукава моего халата. Я кивнул, но большего не успел сделать, потому что раздался голос Пересмешника:
— Намёки Неба — это отлично, раздача долгов — ещё лучше, кому как не мне понимать это, господин желающих мести, но есть ещё и голос разума. Куда вы собрались, господин? Вы не хотите предупредить Ксилима, учеников, меня? Ко всему, там вас ищет посланник Хорита.