Но матерые твари иные… видел, как тот ушел от выстрелов?
Я покивал. Да. Видел. Не наткнись мужик на ту женщину, они бы оба ушли от пуль в мертвую зону.
Но раз такие умные — то зачем бежали за машиной?
У сержанта был ответ и на это: что-то подталкивает их. Нас они все же люто ненавидят. Не едой считают, а именно что люто ненавидят. И при виде людей не могут удержаться — кидаются, несутся, не сводя глаз. Но как только убьешь или ранишь кого — мгновенно теряют раж и прекращают погоню.
И в этом большая проблема. Раз тот мужик так ловко начал уходить от выстрелов — значит, уже бывал под пулями и выжил. Как бывалый волк, что не раз уходил от охотника, и теперь ему хватает только вида ружья, чтобы броситься прочь.
Все это очень хреновые новости для нас, обычных людей. Прямо очень хреновые. Но мы пока еще держимся, а вот…
Сержант не договорил — рация на его груди тревожно захрипела, а через секунду на крышу кунга приземлилось что-то тяжелое. За грузовиком что-то мелькнуло, и в открытом дверном проеме я увидел протянутую над дорогой конструкцию — мы проехали под мостом. И с него на нас кто-то спрыгнул…
— Дырок не делать! — рявкнул сержант, и парни опустили стволы, чтобы тут же направить их на мелькнувшую в дверях нагую женскую фигуру, умудрившуюся каким-то образом ухватиться за косяк и забросить свое тело внутрь.
В следующую секунду я оглох от частых выстрелов, а палец закостенел у спуска, пытаясь выполнить приказ не лезть в чужой бой без команды…
Вот же дерьмо…
Тварь сумела зацепить рукой одного солдата по голове, но его спас шлем, а она рухнула на пол. Вторая тварь не успела даже запрыгнуть внутрь и, дергаясь от попаданий пуль, рухнула на дорогу. На этот раз мы остановились. Трупы были подобраны, заброшены в кунг, а мы поехали дальше. Смотря, как по полу растекается лужа крови, я отстраненно думал, что ведь это все надо будет потом вымывать под хорошим напором, иначе вони разложения не избежать… А затем все мои мысли заняла подрагивающая на полу женская рука, где на каждом пальце имелось по слишком уж толстому длинному ногтю. Это остатки маникюра? Или у нее когти выросли?
Уже на подъезде к лагерю военных случилось кое-что куда кошмарнее: нас атаковала целая стая, вылетевшая из посадок у обочины. Водитель прибавил газу, и нас твари не догнали, а вот один из стрелков, выставив в боковой дверной проем ствол ручного пулемета, показал настоящее мастерство, буквально выкосив очередями больше трех десятков тварей. Ему помогали еще двое, стреляя из автоматов, четвертый чуть позже поддержал их огнем из задней двери, опасно высунувшись наружу, и твари рассеялись, на моих глазах исчезая в высокой траве и среди молодых деревьев, прячась за трупами себе подобных. Останавливаться мы не стали, разумно поехав дальше, а в моих глазах еще долго стояла эта кошмарная сцена: бегущая на нас плотная стая обнаженных молчаливых людей, первые секунды равнодушно принимающая пули, теряя своих, но продолжая попытку догнать и уничтожить…