Питомцы с голоду начали шуметь. Кирилл выпустил их погулять, но они не хотели, лезли к нему, карабкались по штанине вверх и громко требовали еду.
— Ребятки, ну потерпите, — Кириллу было жалко их, жальче, чем самого себя.
Бестолковые создания стали жертвой его амбициозных планов, которые, судя по всему, пошли прахом. Вдобавок ко всему, крысы, в существование которых в большом множестве в городе Кирилл ничуть не сомневался, объявились. Перемещаясь от одних развалин к другим, Кирилл унюхал характерный запах присутствия грызунов и не стал задерживаться у них, но мелкие хищники взяли его след.
Они не атаковали, но их усатые мордочки выглядывали из каждой дыры в завале, возле которого они останавливались на долгое время. Крысы, видимо, решили взять своих жертв измором, или подобраться к ним ночью. Кирилл приходил в полное отчаяние. Такого бесславного конца своего путешествия он не представлял. Никому он был не нужен в этом городе, ни его котята, ни его мицелий, ни желание обменяться опытом. Злоба и смерть, словно то черное поле возле газзавода, только духовное, накрыли эту местность. Он почувствовал себя наивным, жалким, беспомощным стариком, поддавшимся маразматическому желанию сделать мир лучше.
Кирилл почувствовал себя плохо. Грудь сдавило, появилась одышка, а мир вокруг вдруг превратился в сцену, на которую он взирал без особого интереса. Сколько он пробыл в таком состоянии, Кирилл не знал. Боль отпустила, но силы покинули его, как после тяжелой физической работы. Ватные руки едва поднимались к лицу, чтобы утереть выступивший пот. Питомцы голосили из ящика на разные лады.
— Ребятки, сейчас, — Кирилл решил выпустить животных, чтобы в случае своей смерти не дать погибнуть им от голода. Уж лучше в пасти крыс.
Грызуны были рядом. Из-под каждой плиты на него смотрели маленькие ненасытные глазки. Котята выбрались наружу, но разбегаться не стали. Они чувствовали угрозу и держались своего хозяина. Кирилл взял в слабые руки шест и сел поудобнее, чтобы в случае нападения иметь возможность помахать им. Крысы, увидев котят, решили, что пора действовать.
Бурый хищник выскочил из развалин и бросился к котятам. Несмотря на юный возраст, кошки подняли хвосты, ощерили пасти и зашипели. Грызун потерял боевой настрой и остановился. Этого момента хватило приготовившемуся Кириллу, чтобы уронить на него шест. Крыса взвизгнула и задергалась. Кирилл ударил ее еще раз.
На два удара у него ушли все силы. Он взмок от усилий. Сердце забилось, как после пробежки.
— Ребятки, поздравляю вас с первой победой, — Кирилл отдышался. — Чуть копыта не склеил.