Он резко закончил свою речь, похоже, тоже осознав эту страшнейшую мысль, от которой кровь стыла в жилах.
— А это может значить только одно, — прикрыл я глаза, сдерживая свой гнев. Гнев холодный и безжалостный.
Лишь одно слово могло вызвать у меня такие эмоции. Самое гнусное и подлое из тех, что только может быть. Гниль, что не должна существовать. И всё же она появилась…
И Шей озвучил то, что никто из нас не хотел осознавать и уж тем более произносить вслух.
— Предательство!
Конец ознакомительного фрагмента.