— Хах. Это господа дворяне могут не обращать внимания на простолюдинов, а мы, слуги, сразу такое замечаем. Если кто-то пытается пристроиться на тёплое местечко на нашей улице, об этом все сразу узнают. Это ведь опасно. Кто знает, вдруг она захочет подсидеть одного из нас, заняв его место. Подобное нельзя допускать, иначе всякая шваль массово попрёт с окраин, — скривился он, сплюнув прямо на пол. — Но эта была и впрямь ничего. Надо было только сперва обучить её хорошенько. Но она отказалась. Вместо этого устроилась разносчицей в пекарню неподалёку. Остальные успокоились, забыв о ней, но я нет. Уж больно странно это было. Отказаться от моего прекрасного предложения, чтобы пойти работать в пекарню! Очень глупое решение.
— Говори прямо: тебя задело, что тебя отвергли, и ты искал способ отомстить, — скривился я, стоя за спиной Шея.
— Ну что вы так сразу? Отомстить? Я же не такой человек. Просто у каждого из нас в жизни бывают плохие периоды. И тогда очень нужен рядом человек, что сможет поддержать. Вот я бы ей и помог в случае чего. Да, цена была бы куда выше, чем раньше, но за всё в нашем мире нужно платить, не так ли? — уставились на меня его маслянистые глазки. — Но работала она хорошо. Так что помощь ей пока не понадобилась… Девчонка явно была нацелена именно на этот дом. Видимо, узнала, что у его владельца в тот момент не было любовниц, и решила занять это местечко. Даже в пекарню устроилась специально, чтобы доставлять каждый день выпечку и мелькать перед глазами. Понимаю. Многие были нацелены на него, но ни у кого не получилось. Староват он уже был для всего этого. Вот ничего у неё и не получилось. А потом случилось великое горе. Этот благородный господин умер. Я думал, теперь-то девушка решит устроиться в другое место служанкой, но нет. Она будто только чаще стала мелькать возле убитой горем главы и её сына. Видимо, переключилась на новую цель…
— К делу переходи. Не надо лишних догадок, — остановил его словоизлияние Шей.
— Да-да, конечно. Я уже почти. Так вот, всё случилось пару дней назад. Той ночью я плохо спал. Решил приоткрыть окно, чтобы воздух свежий запустить, вот только, подойдя к окну, резко остановился. И было из-за чего. Мужчина тащил на плече бессознательное тело той самой девушки к карете, что стояла перед домом. Герб, к сожалению, во тьме не было видно. Зато на мгновение в свете луны я заметил лицо того мужчины. Я удивился, ведь знал его. Это оказался слуга госпо… — мужчина резко замолчал из-за того, что в его горле, словно цветок, расцвёл приличного размера костяной шип. Смерть пришла внезапно, с тихим хрустом, оборвав его на полуслове.