— А ты прав. — Качнул головой Алексей. — Слушай, я тут подумал, эти базы знаний, там ещё и уровни есть, ведь верно? Может, пока время есть, пройду что-нибудь этакое… Стрелковку или рукопашный бой, уровня до второго-третьего?
— Было б неплохо. — Сказал Виктор. — Лех, я вот тоже тут подумал. Ты вернуться хочешь?
— Отсюда, — Алексей махнул рукой в сторону мопеда, –куда? На Землю? Нет, Вить, я уже говорил. Тут останусь.
— У тебя там есть кто-нибудь, на Земле?
— Считай, что нет. Уже. Последний… Последняя, кто была, та тут осталась.
— Эм… Извини.
— Не стоит.
Они помолчали, попивая чай, и каждый думал о своем.
Виктор думал, что ему некуда возвращаться. Родители умерли, сестра давно живет своей жизнью, в своей семье. Друзья? Да какие друзья, знакомые скорее. Искать его никто не будет. К тому же, там, на Земле, давно уже нашли место их лагеря, стоянку с машинами. Прочесали реку и лес, ничего не нашли. Успокоились, придумали несколько причин, почему причину, почему люди растворились в лесах близ заброшенной базы отдыха.
И забыли. В стране гораздо больше иных проблем. Пройдет лет пять, и никому не будет дела до исчезнувших. Лет через десять сочинят пару красивых городских легенд, а лет через пятнадцать забудут и их.
— Вить, давай в город. — Вдруг сказал Алексей резко. — Забыться хочу. В бар, потом к девочкам. Ты как, со мной? Там есть такие места…
— Нет, –покачал головой Виктор. — Я… Не хочу.
— Как знаешь. — Алексей быстро собрал чайный набор, уложил в багаж. Прыгнул на мопед, махнул рукой Виктору, и резко сорвался с места, только пыль столбом.
Виктор остался стоять, смотреть на реку.
Он сам не помнил, сколько так стоял. Хотелось так смотреть и смотреть на эти воды, этот лес, дышать этим воздухом, не уходить, никуда не двигаться.
Но вдруг резко, как молния ударило воспоминание, память о том, что нужно кое-что сделать, что следует навестить одно место. Благо что есть мопед, и туда не нужно идти, а можно долететь.
Поляна, на которой они появились когда-то в этом мире, уже заросла новой травой, валуны украсились длинными потеками сажи, деревца на них стали обугленными спичками. От порубленных палаток остались только кучи слежавшегося пепла, накрытый брезентом генератор превратился в мешанину закопченного и начавшего ржаветь металла в пластиковых соплях, музыкальная установка стала грудой мусора, а на краю валунов лежал кусок бочки из-под горючего.
Тел не видно, ни одного. Виктор с замиранием сердца сделал пару кругов над поляной, ожидая, что вот-вот среди высокой луговой травы мелькнет чья-то истлевшая одежда или контуры тела, но нет, ничего. Здешняя природа быстро заметала дела рук человеческих.