В тот момент, когда генерала пригласили в кабинет товарища Сталина, он достав из портфеля текст сталинградской шифровки, еще раз читал его. Тратить время на то, чтобы убрать бумагу, Селивановский не стал, и поэтому зашел в кабинет, держа в руках ее и портфель.
Товарищ Сталин правильно понял, почему какую-то бумагу генерал держит в руке, и, усмехнувшись в свои густые усы, проговорил с легкой хрипотцой:
— Наверное, это у вас настолько важный документ, что вы его читали даже, ожидая приема? — он показал на бумагу в руках генерала своей трубкой, и кончик трубки на мгновение замер в воздухе.
Последнее время товарищ Сталин начал курить немного реже. Годы, а самое главное горести и треволнения военного времени здоровья ему не прибавляли. Вот и сейчас все время, прошедшее после ухода генерала Антонова, он просто держал в руках набитую табаком трубку и все никак не раскуривал ее.
— Так точно, товарищ Сталин, — тут же ответил Селивановский и, положив шифровку на стол, подвинул ее в сторону хозяина кабинета. — Только что получена из Сталинграда от сотрудника, выполняющего особое задание.
Сталин не спеша отошел к своему рабочему столу, раскурил трубку, сделал одну затяжку и вернулся. Взяв в руки шифровку, он неторопливо расположился в своем кресле во главе стола и начал читать. Брови его сдвинулись, на лбу пролегла глубокая складка.
Значение изложенной в шифровке информации он понял сразу же, даже не окончив ее чтение, но фрагмент изложения мнения мистера Уилсона о Финляндии и желательном исходе войны с ней вызвал у товарища Сталина неожиданную даже для него вспышку ярости. Он медленно отложил листы, и крепко сжал челюсти.
Какое-то время он просто держал шифровку в руках, даже не читая ее, трубка в его руках даже успела снова затухнуть. Сидящий рядом генерал отлично это видел и с трепетом в душе ожидал продолжения разговора.
Наконец товарищ Сталин справился со своими эмоциями, поднял голову и спокойно спросил, глядя прямо в глаза Селивановскому:
— А вы, товарищ Селивановский, как отнеслись к мнению этого мистера Уилсона?
Это было так неожиданно и непривычно, что генерал даже немного растерялся. В его практике общения с товарищем Сталиным такое было впервые, обычно на такие темы у него мнения не спрашивали.
Селивановский выпрямился, помедлил секунду, и ответил после небольшой заминки:
— Я согласен с его мнением, — ответил генерал, стараясь, чтобы голос звучал твердо.
Товарищ Сталин встал и отошел к своему рабочему столу и еще раз раскурил трубку.
— Возможно, что он прав, мы еще раз проанализируем сложившуюся ситуацию, — товарищ Сталин успел вернуться к столу совещаний и постучал трубкой по разложенной карте боевых действий в Карелии. — Давайте, что вы там принесли. Ваш портфель оставьте себе, а документы положите сюда.