— Э, ты чего завис-то, Серег? — привстав, начальник потрепал задумавшегося парня по плечу.
— А? — Сергей — или, как его называли ТАМ, Серж — вздрогнув, обвел кабинет рассеянным взглядом. Ничего тут не изменилось. Все те же два стола, составленные буквой «т», компьютер с принтером, ноутбук, сейф, вентилятор, на окне — плющевые шторы. На спинке стуле — серый китель с погонами капитана, а сразу за стулом, на стене — подробная карта Луны! Ну, так, просто… Сомов (все звали его просто — Петрович) тот еще приколист был, и начальство особо не жаловал, оттого и ходил до сих пор в капитанах, хотя, по всем срокам, пора было давно майором быть… таких в полиции и звали — «пятнадцатилетний капитан». Зато и начальство его того… побаивалось и лишний раз не тиранило. Да и дело свое капитан знал туго, что уж тут говорить…
Ничего не изменилось. Да и чему меняться-то? С начала мая по начало июля сколько прошло? Всего-то пара месяцев! Как там, так и здесь. Карантин по ковиду еще не закончился, куда там — без маски в дежурке не пропустили…
— Я о чем толкую-то, Сереж… — Петрович цепко заглянул прямо в глаза собеседнику. — Тебе ведь когда на учебу-то? В сентябре?
— Ну, в сентябре…
Быстро придя в себя, Соколов уже догадался, к чему клонит ушлый начальник. Ушлый, ушлый — уж дальше некуда!
— Так ты бы это… до конца б августа поработал бы, а? А я б парней в отпуска отпустил. По-очереди… Ну, дружков твоих, Алексея с Колей.
Алексей и Коля — были местные опера, так сказать, новоявленные коллеги Сержа. Худощавый брюнет с серьгой в левом ухе — Алексей (старший опер) и коренастый бандитообразный качок со стрижкой под ноль — Коля, между прочим, знаток философии, старший лейтенант. С Колей, кстати, Сергей больше скорешился — именно по делу о пропавшей девчонке… Агнессе… Аньез!
— Дак как, Сережа? — вкрадчиво осведомился Сомов. — Поработал бы… заодно бывшей потеряшке помог… ну, девчоночке этой… ты ведь к ней неравнодушен, а?
Юноша вздрогнул:
— Да откуда вы…
— Откуда надо! — усмехнувшись, веско припечатал начальник. — Городок у нас маленький. Ты смотри это… С малолеткой — ни-ни! — Николай Петрович погрозил пальцем. — Подожди, пока вырастет. Хотя… видел ее вчера… Не скажешь, что малолетка — такая вся из себя мадмазель!
— Да никакая она не ма… Хорошо, Николай Петрович. Подожду.
А ведь действительно — мадемуазель! Мадемуазель Аньез… Аньез Маскен.
— Все равно — смотри!
И в самом деле, по паспорту бывшей «потеряшке» Агнессе Маскеевой едва исполнилось пятнадцать… Но, в Париже-то она прожила больше четырех лет, с шестьдесят четвертого по шестьдесят восьмой! Так что… Впрочем, не рассказывать же об этом начальству!