Солано уставился на отца, ожидая ответ. А тот задумался.
— Каждую монету будут ценить больше, и на неё можно будет купить больше, чем раньше. А ещё люди начнут обмениваться товаром напрямую или суррогаты какие-нибудь возникнут.
— Правильно. Но главное, что желающие продать товар или труд будут испытывать трудности, как и те, кому нужен товар или чей-то труд. А теперь представь, что монет, наоборот, не убавилось, а прибавилось. Скажем, на пятьсот тысяч.
— Ну, очевидно, что цены возрастут. Что же ещё?
— А ещё наличие свободных денег оживит активность. Тот, кто не мог продать свои услуги из-за отсутствия платёжных возможностей у клиентов, начнёт зарабатывать больше. И тратить тоже будет больше. Строители будут продавать чуть больше домов, отделочники и мебельщики будут дополнительные дома обставлять. Кто-то наконец позволит себе коней и телегу, и так далее. Небольшая инфляция скоро рассосётся, потому что оживившаяся экономика будет теперь потреблять для своего полноценного функционирования больше миллиона монет. Бартер исчезнет, все перейдут на расчёты в монете.
Карлос задумчиво покивал. Объяснение казалось здравым.
— А если поддерживать уровень инфляции в пределах двух-пяти процентов ежегодно, то экономика будет постоянно возрастать. Делать накопления будет невыгодно — они будут обесцениваться. Выгоднее будет их вложить во что-нибудь доходное или купить вечно дорожающее — землю, например.
— Погоди, — удивился Карлос. — Как может обесцениваться золото или серебро?
— Ну, во-первых, может. Вспомни историю. Что произошло с Испанией и Европой после того, как из Америки хлынул поток серебра и золота? За полтора столетия с момента плавания Колумба цена хлеба выросла в шесть раз. Просто потому, что в экономику ввалили слишком много драгоценного металла.
— Я, конечно, помню про «революцию цен», но нам-то это не грозит, — возразил Карлос. — Ты же сам говорил, что в недрах Парагвая нет сокровищ.
— Совершенно верно. Но я не сказал тебе главное — у людей не должно быть ни серебра, ни золота. По крайней мере, как средств платежа. Население этого условного государства изначально согласилось обменять драгоценный металл на банкноты один к одному. Это дало правителю возможность сконцентрировать в своих руках миллион настоящих монет, которые он мог потратить на закупки за пределами острова. Но он не только заместил серебро на бумагу, но и напечатал её чуть больше, чтобы оживить экономику и оплатить какие-то дорогостоящие проекты внутри государства.
Солано улыбнулся.
— Сколько монет вращается в торговом обороте Парагвая?