Полная, так скажем, ложь — мысленно хмыкнул я. Да и по Марине было хорошо заметно, что сама она в сказанное не очень-то и верит или уже знает, что это совсем не так. Но прямо намекать об этом конечно же не стала — берегла психику слушателей, а также свою карьеру, жизнь и здоровье, действуя по инструкции.
Из памяти Вики я знал, что таких поврежденных умом людей называют демонами. Вот только Вика не знала, что с ними делают, когда выявляют — по недомолвкам понимала, что ничего хорошего, но…
«Демонов подчиняют и создают миньонов», — вдруг раздалось у меня в голове эхо.
Снова незнакомый мужской голос, словно где-то вдали звучит. Неожиданно — второй раз уже такое. Если в первый показалось галлюцинацией, то сейчас уже более-менее отчетливо услышал. Что это — осколки памяти тех жнецов, кого пустоглазая убила до Вики? Скорее всего так.
— Проявление демонической сущности происходит в первые дни, — между тем продолжала Марина. — Самый главный признак — это расширяющийся зрачок, полностью закрывающий радужку и создающий эффект черного глаза. Мои коллеги, — Марина сделала паузу и показала на группу корпоратов, — находятся здесь, чтобы отслеживать подобные случаи и сразу же начать работать с теми, кто начал трансформацию. Я же сейчас буду вас опрашивать, составляя ваши личные дела. Если у коллег в процессе возникнут к вам вопросы, я буду их переводить. После того, как все личные дела будут сформированы, я уже смогу ответить на ваши вопросы.
— Мариш, процент какой? — вдруг негромко спросил Виталик, который сейчас наблюдал за девушкой, просунув руки через решетку.
— В демонов превращается меньше пяти процентов перегринов.
— Мариш, а…
— Не нужно больше вопросов, или и я и вы можем подвергнуться дисциплинарному взысканию. До вас я обязательно дойду, и все интересующие вопросы вы мне обязательно зададите, у нас с вами впереди трое суток карантина.
В голосе Марины послышались металлические нотки. Стрельнув в Виталика строгим взглядом, девушка развернулась и направилась в сторону выхода из барака, куда уже ушли остальные корпораты. Похоже, начинают ото входа.
И хорошо — могу пока поваляться и обдумать услышанное. Отойдя от решетки и завалившись на койку, я попытался проанализировать происходящее, но что-то мешало — как комар зудит. Вот, снова — словно шипение какое-то. И снова, чуть громче:
— Эй! Сышь! Братиш, сышь-сышь меня⁈
Природа шипения оказалась проста — мое внимание пытался привлечь Виталя-суетолог. Вот ведь неугомонный — стоит возле решетки и смотрит на меня с ожиданием. Он хотел задать какой-то вопрос, но я покачал головой и показал в сторону начала коридора, намекая на группу корпоратов и гримасой давай понять, что не стоит нам пока разговаривать.