Сердце пропустило удар, и на меня снова нахлынуло предчувствие страшной опасности. Такое же предчувствие посетило меня в межмирье. Так угроза связана с ней? Но это же страж!
— Поэтому.
Джонатан протянул руку, указывая на шар.
Высвободившись из объятий дочери, я шагнула к кровати и склонилась над магическим передатчиком. Только сейчас заметила, что изнутри он едва заметно светился, а на внутренней стороне стекла расцвели морозные узоры.
Дотронувшись дрожащей рукой, ощутила холод.
— Агнесс замораживала магический гнус. — Голос сына звучал глухо. — Наша малышка очень сильна! Но внезапно она пропала. Мы бросились искать, разделившись. Папа пошёл в замок…
— Понятно, — шевельнула я немеющими губами. — Дети, мне нужно ненадолго уйти. Прямо сейчас. Эй, София!
Искра моей магии коснулась шара, оплавив морозную красоту, — сигнал моей малышки. Некоторое время ничего не происходило, затем в шаре появилось мутное изображение подруги. Обнимая Аниту, она весело засмеялась:
— Неужели уже соскучилась? Фло, мы празднуем, и вы…
— Переведи меня на изнанку твоей магии, — едва сдерживая слёзы, попросила я.
София замерла на миг, а потом помотала головой.
— Зачем? Всё кончено, Фло. Мы победили!
— Бэтрис забрала мою дочь, — глотая соль, прошептала я. — Саша тоже с ними.
— Зачем ей это делать? — удивилась Соня.
— Пап! — крикнула Анита. — Тётя Бэтрис украла Агнесс и неприкаянную душу!
В шаре появилось лицо Устина. Кольнув взглядом, он уточнил:
— Уверена?
— Да, — прорыдала я.
— Милая, перенеси меня… — обратился он к жене.
— Нет! — вскрикнула я и сжала шар обеими ладонями. — Это должна быть я, Устин. Я чувствую это.
Мужчина подумал пару секунд, а потом коротко кивнул.
— Сделай это, дорогая. Джонатан!
— Да, великий, — уважительно отозвался мой сын.
— Если мама не вернётся до заката, вызови меня.
А потом мир завертелся волчком, пропали запахи и звуки, и меня вынесло на изнанку пламенной магии Софии. Здесь было светло и тихо. Над головой розовело прозрачное небо, под ногами хрустел напоминающий ржавчину пепел. Место, где София заперла Замирье, сильно изменилось.
Лёгкий ветерок коснулся моего затылка и взъерошил волосы. Я резко обернулась, ощутив спиной её .
— Бэтрис.
Она стояла в двух шагах, будто соляная фигура, неподвижная и холодная.
Бездушная.
У меня ёкнуло в груди. Губы дрогнули.
— Почему?
Только сейчас, практически осязая волны неприязни этой женщины, я поняла, что в прошлый раз попала в Замирье неслучайно. Бэтрис воспользовалась моментом, чтобы сделать это и остаться безнаказанной. И я искренне не понимала, за что она меня так ненавидит. Ведь мы — стражи!