— Фло, в сторону! — раздался крик Устина.
Я стремительно пригнулась, и великий маг Шаада среагировал мгновенно, излив на врага сноп магических искр. В это время на магнера набросились коричневые существа и, утробно урча, принялись грызть добычу. Злодей завыл и завертелся волчком, пытаясь сбить зверокартофель.
Я пустила в него искру, но смертельный удар был нанесён шариком Софии. Замахнувшись, она попала магнеру в лоб, и подобие человека застыло в недоумении.
А потом растаяло, будто туман под солнцем.
Картошка, обиженно визжа, повалилась в туман.
— Победа, — выдохнул Устин, совсем не как великий и ужасный, улыбнулся и поцеловал свою жену.
Я перевела дух, пытаясь осознать, что всё позади, но не смогла расслабиться. Всё моё существо кричало об опасности, и я внимательно осмотрелась в её поисках, но в мутном тумане межмирья ничего не увидела.
— Что такое, Фло? — обратила на меня внимание София.
— Не знаю, — деревянным голосом ответила я. — У меня такое чувство, что мы упустили нечто важное. И смертельно опасное…
По спине прокатилась волна льда, а грудь сжало так, что я присела от боли.
Глянув на друзей снизу вверх, прошептала в ужасе:
— Дети…
Александр
Магического гнуса было много.
Я и представить себе не мог, что такое возможно!
Огромные акулоподобные морды, которые, без признаков шеи, сидели на телах, лишь отдалённо напоминающих человеческие…
Жуткое зрелище!
Чудовища, выкорчёвывая деревья, хлынули из земли. Начали валиться с неба, падая и разбиваясь. Даже вылезали из-под стен замка! И тот дрожал, будто наполненный рассерженными пчёлами улей.
— Джо, стены! — завизжала Джессика.
Парень бежал к замку со всех ног, по пути отстреливаясь от чудовищ. Его сестра прикрывала отход брата от разрушенной беседки, метая в монстров светящиеся шарики. Падая, те взрывались, ослепляя магнус вспышкой света. А при прямом попадании от чудовища не оставалось ничего, кроме пепла.
— Хорошее оружие, — похвалил я и проверил, как там малышка.
Агнесс я привязал к спине так, как видел в кино, — так делали восточные женщины. Мелкая егоза громко возмущалась, но, хвала небесам, вылезти не пыталась.
Я же управлял нашей табуреточной армией, которую возглавлял комод. Казалось, он воспрянул сразу после нападения, будто и не было никаких болезней. Возможно, волшебной мебели просто было скучно, а теперь она наконец занялась делом.
Деревянная стая прекрасно загоняла магнус в реку, где твари гибли десятками. Зверорыбы были рады неожиданной подкормке, а мы — плодотворному сотрудничеству с местной фауной.
Дальше — больше! Вокруг замка сверкала магия, напоминая фейерверки в новогоднюю ночь. И твари падали одна за другой, отступали и под победный стук табуреток бежали к лесу. Но и там им не было укрытия. Пёсель Лаврентьевич душевно выводил романс за романсом, сея среди врага панику и смерть.