— Алана, убери пистолет, — напряжённо и медленно произносит Марк, глядя на меня тёмным взглядом.
В голосе мужчины звучит холодная сталь, но я знаю, что это маска. Внутри него горит адское пламя и показательная невозмутимость служит лишь для отвлечения внимания.
Я хорошо его изучила. Или думала, что хорошо.
Но то, что я сегодня увидела — разбило вдребезги всё, что мы выстроили за это время. И осколки больно резали меня изнутри, оставляя грубые шрамы.
— Это ты! Чёрт возьми, всё это время это был ты! — кричу что есть сил, чувствуя как горло и лёгкие сковывает леденящий ужас и пустота.
Каждый вдох словно режет лёгкие острым ребристым ножом, расковыривая рану всё больше и больше. Опустошение и боль разрывают грудную клетку, а глаза жжёт едкими слезами.
Я знаю что видела. И ошибиться я не могла. Он стоял рядом с теми, кто бесцеремонно и грубо затаскивал девушек в тот чёртов фургон, после чего просто сел в машину и уехал.
Больше я не позволю дурачить себя! Только не теперь, когда правда наконец-то вскрылась. А может и раньше всё было на поверхности, но мой взгляд был замылен и я не замечала очевидного.
Марк убийца. Преступник. Мерзавец, который сумел обвести меня вокруг пальца.
Но с меня достаточно. Той Аланы, которая была в начале, больше нет. Она умерла. Её жестоко растоптали и выбросили на дно Марианской впадины и никто, ни одна живая душа не сможет её вернуть.
Во мне остались лишь гнев и желание отмщения. И я готова упиваться ими сполна, пока не размажу каждого, кто был причастен к тому ужасу, с которым мне пришлось столкнуться за последнее время.
— Алана, — Марк поводит головой, как делает это всегда, когда чувствует что что-то идёт не так, как ему нужно, — Опусти чёртов пистолет.
Не отвечаю. Ловлю его взгляд и не отвожу глаз, прожигая мужчину изо всех сил. Отравляю его кровь, желаю смерти, пылаю от ненависти и хочу чтобы он почувствовал это всем телом. Хочу, чтобы каждая его клеточка горела в огне.
Ему не жить. Этот сукин сын не заслуживает жизни. Он монстр. Чудовище, запустившее свои когтистые лапы глубоко мне в душу и жестоко её разорвавший в клочья.
Перед глазами будто назло всплывает воспоминание, как какое-то время назад Марк учил меня стрелять. Так, на всякий случай. Чтобы быть уверенным, что случись со мной что-то, пока его не будет рядом, я смогу за себя постоять.
Пистолет, конечно, носить с собой я отказалась, но от парочки уроков отказываться не стала. Кто знает, что меня ожидает дальше. На том пути, свернуть с которого уже возможности не будет никогда.