Особое внимание привлекали глаза. Большие, миндалевидные, они сияли глубоким бирюзовым цветом, в глубине которого колыхались золотистые искры. Взгляд был одновременно проницательным и исполненным сочувствия, словно она видела меня насквозь, но при этом не осуждала. Над глазами изящной дугой изгибались тонкие брови цвета воронова крыла.
Волосы, собранные в сложную прическу, обрамляли лицо мягкими волнами. Цвет их был пепельно-серебристым, с едва заметным голубым отливом, словно они впитали в себя свет далеких туманностей. Длинная, тонкая шея изящно поддерживала голову, добавляя образу еще больше грации и неземной элегантности.
В целом, существо в белом халате производило впечатление ангельской чистоты и невинности. Ее миловидная внешность, лишенная каких-либо агрессивных черт, располагала к себе и вызывала чувство доверия, несмотря на очевидную инородность. Она казалась существом, прибывшим из мира гармонии и спокойствия, чтобы принести свет и надежду. Она нажала на что-то на стекле и с тихим шипение прозрачная крышка полностью отъехала в сторону.
Женщина что-то ввела мне в вену. Сразу после этого меня окутала волна тепла, и ко мне начала возвращаться подвижность. Я смогла пошевелить пальцами, затем руками, ногами. Когда я села, женщина одобрительно кивнула и протянул мне какой-то напиток. Я опасалась, но все же выпила его, и ко мне очень быстро вернулись силы. В этот момент я поняла, что все еще жива и видимо мне не хотят больше причинять вред. Но где я? И зачем я здесь? И кто это? И зачем я им? И где тот, кто набросился на меня после того, как спас от других монстров?
Незнакомка склонила голову, рассматривая меня долгим, изучающим взглядом. Ее большие глаза казались бездонными колодцами вселенной. Затем она произнесла что-то на своем языке – мелодичном, но совершенно мне незнакомом. Звуки перекатывались во рту, словно маленькие стеклянные шарики, и я почувствовала себя еще более потерянной и беспомощной.
— Я вас не понимаю, – прошептала я, чувствуя, как слезы подступают к глазам.
Инопланетянка нахмурила свои тонкие брови, словно решая сложную задачу. Она отвернулась и подошла к металлическому ящику, стоявшему у стены. Открыв его, она достала блестящий, серебристый предмет, напоминавший медицинский пистолет, каким обычно прокалывают уши. Мое сердце екнуло от страха. Что она собиралась делать?
Она что-то показала мне жестами, пытаясь объяснить, но я все равно не понимала. Затем она поднесла пистолет к моему уху. Инстинктивно я дернулась, пытаясь отстраниться. Но ее руки были сильными и неожиданно нежными. Она прижала мою голову к своей, стала ласково поглаживать волосы, успокаивая, как мать успокаивает испуганного ребенка. В ее прикосновениях чувствовалась забота, и я постепенно расслабилась, доверившись ей.