Наполненная ванная призывно манит. Над ней штуковина с дырочками изрыгает горячую воду дождём.
— Это ш-што такое? — сиплю на две октавы выше от возмущения.
— Банька, — заявляет король гордо.
Знаю я, что это банька. Но у меня только одна мысль молоточками вбивается в голову: хозяйка нас обоих убьёт!
— А это? — тычу пальцем в трубки и — особенно — в лунные камни, которые кружатся хороводом, создают поле невесомости и толкают воду наверх, к душевой насадке.
— Водопровод, — пыжится король от довольства собой, распирает всего.
Хочется покрутить у виска. Куда этот экспериментатор дел хозяйские вещи, которые она хранила в чулане? Тут было столько всего! Травы, готовые лекарства, приспособления для колдовства.
— А воду ты как провёл? — упираю руки в бока, просто не верю!
— Чигирь соорудил, — аж светится весь, грудь колесом.
— Святые дьяволята, — закрываю лицо руками и покачиваю головой.
— Тебе не нравится? — в голосе Хитэма искреннее разочарование. Уныние даже.
Он так старался!
Открываю один глаз, смотрю на своего сумасшедшего истинного сквозь пальцы.
Лицо у него несчастное. Я будто ребёнка сейчас обидела.
— Нравится, — сдаюсь, не могу его за эту милоту ругать. — Но… Это же небезопасно?
— Да, надо будет потом металлические трубки у кузнеца выковать, — начинает с азартом объяснять мне принцип работы своей дьявольской машины. — Этих всего на пару недель хватит, быстро придут в негодность. Но потом…
— Утром ты эту хреновину разберёшь, — заявляю безапелляционно, хмурясь на его откровенно обиженный взгляд. — Это не твой дом и не мой. К завтра тут все стены отсыреют и разбухнут. Если раньше на воздух домишко не взлетит. Хочешь баню — строй её отдельно, понял?
— Понял, — кивает с облегчением, что я не совсем ему отказала. — Но сегодня-то воспользуемся?
— Сегодня — ладно, — снисходительно соглашаюсь.
Хитэм тут же суетиться начинает: проверяет воду в ванной, раздувает камни. Приносит поднос с полными тарелками — почему-то двумя — и ставит на табурет посередине.
Пахнет аппетитно. Очень похоже на мясо, но разве оно у нас было?
А затем решительно подходит ко мне и дёргает завязочки на платье, ловко их распуская.
— Ты что делаешь?! — верещу, шлепая его по рукам.
— Раздеваю, — серьёзно так заявляет, даже без привычной пошлой ухмылки. Держит лицо идеально.
Бдительность мою усыпляет! Притворяется, что такая забота мужчины — в порядке вещей. Думает, я сейчас вся растаю и расслаблюсь.
— Мы отдельно тут паримся, по очереди! — выставляю ладонь и толкаю Хитэма в грудь, прогоняя вон из «баньки».
Бесит, что он без рубашки и трогать приходится обнажённую грудь. Она у него притягательная и рельефная, горячая и на ощупь приятная. Пальцы сразу покалывать начинает.