Вот и хочется мне, чтобы всё было по справедливости. Я страдала. И судьба явно теперь решила, что пришла его очередь!
Любопытно мне, что он будет делать, оставшись без титула и власти. Можно сказать, что его настигла справедливая кара за все его злодеяния!
— До того гарпии в небе сильно кричали.
— Гарпии… — Хитэм хмурится, ложку сжимает в кулаке: не нравится ему услышанное. — Хочешь сказать, меня гарпия в гнездо тащила? Как добычу?!
И дракона своего король тоже пока не чувствует. Может, ядро все-таки повреждено, а может, из-за сильного ушиба головы связь со зверем нарушилась.
А я не хочу давать ему повод для самодовольства. Пусть побудет простым смертным, может, это гордыню его хоть немного умерит!
Как же хочется его наказать!
Из-за него я прозябаю в этой дыре, ношу рваные платья и прислуживаю ведьме! Из-за него терплю унижения. И прячусь от стражей, которые меня по всему королевству ищут.
Пусть прочувствует, каково это — быть никем. Ему полезно!
Поэтому я молчу. Прикидываюсь дурочкой несведущей. Если вспомнит, всегда могу сказать, что попросту его не узнала раненого и без королевского тряпья.
— Одежды точно на мне никакой не было?
— Не было, — пожимаю плечами равнодушно. — Наверное, гарпии разодрали, пока тебя в небе делили.
— Обычно гарпии не охотятся на взрослых мужчин, — задумчиво рассуждает Хитэм.
— А ты откуда знаешь, если ничего не помнишь? — прищуриваюсь, упирая руки в боки.
Король молчит, и взор его падает ниже, фигуру мою будто ощупывает.
Платье на мне простое, крестьянское. Оно «рабочее», так что на нем есть залатанные бреши и пятна, которые ничем уже не вывести.
И меня коробит, когда Хитэм скользит по нему таким неодобрительным взглядом.
Вот ведь гад… Избалованный, наглый дракон! Даже без памяти ведет себя как король!
— Держи, — кладу перед ним разделочную доску с козьим сыром и нож. — Нарежь тонко и красиво. Отрабатывай проживание, раз тут задержишься. Выглядишь здоровым вполне.
Вообще, я не думала, что мой бывший настолько быстро на поправку пойдет. Надеялась, что хоть неделю пролежит беспомощный, пока я план мести разрабатываю.
А теперь выходит, он может в любой момент просто встать и уйти…
И от этого почему-то тоскливо становится. Хотя для меня же лучше, чтобы он тут не задержался.
Отворачиваюсь к печи, беру прихватки, чтобы хлеб вытащить, а сама украдкой наблюдаю за Хитэмом.
Он на сыр смотрит как на зверушку диковинную. Что, сам никогда не нарезал, да? Всё за него слуги делали. Может, еще и в рот вкладывали?
Фыркаю, вытаскиваю хлеб и сглатываю слюну от вкуснейшего аромата свежей выпечки.