Ну, допустим, пара тарелок в раковине лично у меня угрызений совести не вызывали. Стопка неразобранной после мытья посуды, оставленная посреди столешницы, тоже. Соседство в одной подставке ложки и поварёшки нас не смущало. А пятно на плите можно оттереть когда-нибудь потом, под настроение.
Сейчас же на кухне царила поразительная чистота. Дверцы гарнитура блестели, каждая мелочь была отсортирована по размеру и калибру, суповые пиалы стояли аккуратной матрёшкой от бо́льших к меньшим, кафельный фартук на стене отдраен до такой степени, что аж рисунок на плитке потускнел.
— Ты тут генеральную уборку провела что ли? — с подозрением воззрился я на гостью.
— Да что ты, какой там… — отмахнулась она. — Так, немножко тут протёрла, немножко там. Надеюсь, ты не обижаешься, что я похозяйничала?
— Вот тебе делать нечего, — покачал я головой. — Поспать хоть успела?
— Естественно! — улыбнулась Ольга. — Ты пока садись, скоро будем кушать.
— А чего готовишь? — заинтересованно заглянул я через плечо коллеги в сковороду.
— Ленивый завтрак. Лучок с колбаской обжаренные, помидорчик, морковка, чесночок, немного базилика и томатной пасты. Чашка варёного риса, залитая взбитым яйцом. Тёртого сыра сверху. Ну и гренки в лёгком кляре.
— Понятия не имел, что у меня в доме вообще есть базилик.
— Так сушёный же, — негромко хихикнула собеседница.
— Я к тому, что звучит не очень-то и лениво, — с сомнением почесал я подбородок.
— Да брось, тут дел на пять минут, — отмахнулась девушка.
Я уселся за обеденный стол и обнаружил, что тут тоже наведён образцовый порядок. Солонка, сахарница и салфетница выстроены по линеечке в строгую симметричную композицию. Даже зубочистки в маленьком стаканчике смотрели в одну сторону.
Н-да, а Ольга-то, оказывается, девица со своими причудами.
— Приятного аппетита! — добродушно пожелала гостья, ставя передо мной исходящее паром блюдо.
От вида и аромата этого «ленивого завтрака» мой живот заурчал с утроенной силой. На полдесятка минут я напрочь выпал из реальности, поглощая еду. А когда опомнился, то передо мной осталась лишь тарелка с несколькими одинокими зёрнышками риса.
— Спасибо, было очень вкусно, — поблагодарил я коллегу.
— Я рада, — засияла улыбка на её лице.
Чай пили тоже молча. Я неспешно прихлёбывал кипяток, отстранённо глядя в пустоту. А Ольга с интересом рассматривала холодильник, на котором висели магнитики с фотографиями.
— Это ты с семьёй? — неожиданно спросила она.
— Угу, — буркнул я, даже не поворачиваясь.
— Здорово… а сколько тут тебе лет?
Теперь уже пришлось вынырнуть из своих раздумий и посмотреть на заточённую в прозрачный пластик фотографию, дабы понимать, о чём идёт речь.