«Дай волю своему гневу, смертный! Не сдерживайся! Хочешь, я помогу наполнить твои дни великим смыслом?»
Ледяная тьма, заключённая в моей душе, не могла упустить удобного случая и не напомнить о себе. Её искушающий шёпот зазвучал в моём сознании, будто шипение миллионов змей. Однако я давно уже привык, что коварный высший демон периодически запускает лапы в мои мысли и вмешивается во внутренний монолог. За минувшие три года я не придумал способа, как его окончательно заткнуть.
— Отвали, Валаккар, и без тебя тошно, — пробормотал я, пряча лицо в высоком воротнике плаща от влажного ноябрьского ветра.
«И это прекрасно! Ты начинаешь понимать, что не создан для подобной жизни. Взгляни на себя. Разве не овладевает тобой тоска от осознания, во что ты превратился? Ты такой же несчастный узник, как и я. Только для меня тюрьмой служит твоя воля, а для тебя — офис в многоэтажном бетонном чистилище. В прошлой жизни отзвуки твоего имени заставляли трепетать и людей, и демонов. А теперь ты всего лишь неприметная безликая тень, сидящая перед мерцающим экраном».
— Кто бы говорил, — мрачно усмехнулся я. — Ты и сам уже далеко не Князь Раздора, который вёл войну с целым миром.
«Истинно так. Ты одолел меня, я признаю. Мы одинаковы в своём падении. Но именно это нас с тобой и роднит. Поэтому я предлагаю тебе обрести настоящую свободу. Попробуй взять всего лишь капельку моей силы. Клянусь, ты не пожалеешь».
— «Никогда не верь демонам» — это аксиома, которую первый год службы в Комитете ликвидации аномальных инцидентов намертво вытравил в моём мозгу. Поэтому, Валаккар, засохни. Ты ничего от меня не добьёшься.
И вот так, вполголоса переругиваясь с бывшим Князем Раздора, который чуть не угробил мой родной мир, я шагал домой. Путь мой пролегал по тёмным закоулкам, где практически отсутствовал свет. И вроде в этом давно уже не было для меня никакого смысла. Но старые привычки очень сложно победить. Особенно, если они неоднократно тебя спасали. Ведь тьма — это общая для нас стихия. И для демонов, и для тех, кто противостоит этой скверне.
Правда, в новой жизни мне это чаще вредило, нежели помогало. Потому что в мрачных недрах многомилионного города какого только отребья не встретишь. И не с каждым удавалось разойтись миром.
— М… можно я пойду? П-п-пожалуйста, отпустите… — различил я где-то вдалеке тоненький жалобный голосок.
Ну вот. О чём я и говорил. И такая ерунда каждый божий вечер. Люди иной раз ведут себя ничуть не лучше инфернальных тварей, которые лезут в наши души из нематериальных планов. Но да бог им всем судья. Я от повышенного героизма не страдаю, поэтому избегаю таких событий. Особенно приходится стеречься из-за Валаккара. Ведь эта гниль только и ждёт момента, чтобы пошатнуть темницу, которой ему служит мой разум. Он всячески пытается меня втянуть своими увещеваниями в драки. Но вертел я все его провокации на одном месте.