— Выпустить шасси, — скомандовала я после ответа Виталика.
— Скорость большая, — тут же заволновался он, — может створки нарушить.
— Путевая нормальная, выпускай.
Грохот и стук замков известил, что капсулы открылись.
— Шасси выпущены, — проблеял Виталик, как овечка, подавшись вперёд и наблюдая, как загораются лампочки зелёным цветом.
Тоже кинула взгляд, чтобы убедиться. Все три загорелись, хотя можно было и не смотреть. Если бы что не так, кабину уже озарили вопли горе-инженера.
— Высота 1000, скорость 430.
— Следи за путевой, блин, не путай меня, — рявкнула я в ответ, наблюдая за облаками, в которые мы должны были влететь с секунды на секунду. Облачность метров 900 или 800, и земли не было видно. И, разумеется, взлётки.
Всё-таки зацепили край облака. Болтанка — никакого массажного кресла не нужно. Может, стоило подать идею изготовителям, потом. В том же авиасимуляторе прекрасный массаж для спины.
Хорошо хоть длилось меньше минуты. А иначе мне бы руки оторвало напрочь. Дёргало до звёздочек в глазах.
Когда мы вынырнули из облаков, я сразу увидела впереди полосу, и, как мне показалось, это была та самая, длинная, не меньше трёх километров. Внуковская.
— Взлётка! — тут же заорал Виталик на всю кабину, и все подались вперёд.
— Заткнись, — крикнула я ему, — и слушай команды, если не хочешь, чтобы мы гробанулись. Мне самой будет трудно.
— Слушаю команды, — возбуждённо ответил он.
Лобовое стекло залило потоком воды, и я прикрикнула на Виталика, который даже не потрудился включить дворники. У себя щёлкнул, а вот до моего тумблера не дотянулся. Помогла запустить Наталья Валерьевна, увидев переключатели.
— Высота 700, скорость 350.
— Это путевая? — переспросила я.
— Да, путевая.
— Слишком большая, закрылки 28.
— Закрылки 28, — отозвался Виталик.
Мы так и опускались, боком уперевшись носом в порывы ветра. Огни взлётки на мокром стекле раздваивались, самолёт потряхивало, но в целом ситуация оставалась штатной.
Разряды грома напрягали, но хоть самолёт и должен притягивать молнии — такая у него конструкция — нас это пока не касалось.
— Высота 500. Скорость 330, — выдал Виталик очередную порцию информации.
— Топливо? — машинально спросила, чтобы знать, если что, какие у меня будут дальнейшие действия.
— Восемьсот, — отозвался Виталик.
На второй круг точно не хватило бы. При взлёте каждый двигатель жрёт почти 200 кг в минуту, но при экстремальном выходе я и не собиралась сюда возвращаться. Был у меня план «Б», и я надеялась, что на него топлива точно хватит. И чуйка намекала, что я права.
— Высота 400. Скорость 320.