— Что со мной? Где я? — Наконец я смог выдавить из себя. Последнее, что мог вспомнить, это слепяще яркая вспышка прямо перед глазами после поворота ключа зажигания.
— Ты что, ничего не помнишь? Когда ливанул дождь как из ведра, ты побежал вперёд, и прямо рядом с тобой жахнула молния. Я просто чуть не обосрался от страха, — быстро тараторил совершенно незнакомый мне подросток, — ты сразу упал и не шевелился. Я сразу подскочил, а ты лежишь как неживой и даже не дышишь. Слава богу, ты очнулся…
Какой к чёрту дождь, сейчас же зима? Я помню, как вышел из спорткомплекса, попрощался с охранником у входа и сел в машину. А дальше, поворот ключа в замке, вспышка… темнота… и капли тёплого дождя на лице… Ерунда какая-то. Надо встать и понять, что случилось, и куда я попал.
Я оперся руками об асфальт и попытался сесть. Кое-как мне это удалось. В голове шумело, в глазах плавали разноцветные пятна, дождь всё также хлестал по асфальту, моему телу и выбивал барабанную дробь на моей гудящей голове. Мимо, прямо по тротуару, бежал поток мутной воды, неся за собой мусор, щепки, окурки и маленький пустой треугольный бело-сине-красный бумажный пакет от молока…
Пакет молока. Прямо как из детства, мелькнула в замутнённом мозгу мысль. Мама приносила такие из магазина, и я любил, оторвав зубами бумажный хвостик, выпить весь пакет до дна. Какое же вкусное было то самое молоко из детства. Откуда интересно этот пакет здесь взялся?
— Юрка, ну давай же вставай, заболеешь же.
Тот самый подросток, что тряс меня лежащего за плечи, потянул сзади за подмышки, помогая мне встать на ноги. Я себя ощущал как-то непонятно. Мало того, что в голове у меня гудело и шумело, я был мокрый насквозь и тело… Это было не моё тело!!! Я, не веря своим глазам, смотрел на свои непривычно тощие руки с длинными тонкими пальцами, завершавшимися коротко остриженными ногтями. На худые ноги в прилипших к коже непонятного кроя штанах и стоптанных сандалиях… Что это??? Я перевёл ошарашенный взгляд на подростка.
— Ну ты чего? Побежали быстрее домой, — дёрнул он меня за руку
— Куда домой? — Тупо спросил я, не зная, что ещё можно сказать в этой ситуации. — Ты вообще кто?
Подросток так и вытаращился на меня
— Как это кто? Я же Славка, мы с тобой с детства дружим и живём рядом!
Ситуация ни на йоту не прояснилась. Я беспомощно окинул взглядом пространство вокруг и глаза зацепились за надпись на длинном трёхэтажном панельном здании напротив:
«Коммунизм — это молодость мира и его возводить молодым!».
Так, ещё лучше. В последний раз я видел что-то подобное более тридцати лет назад. Удивительно как эта надпись дожила до 2024 года. Вокруг всё было какое-то странное. Обшарпанные одноэтажные домики городской окраины, уходящие вдаль трамвайные рельсы, пустая трамвайная остановка и несколько старых классических жигулей, ещё в приличном состоянии, а чуть в отдалении зелёный «Москвич 412». Точно такой же, как был у моего отца, примерно в тоже время, когда я в последний раз видел надпись про коммунизм.