— Спасибо, — одними губами прошептала она. — Большое спасибо.
Но дилемма «что надеть» осталась. Сейчас, имея пять, все-таки пять, неношеных и очень красивых платьев, Грета даже подумать не могла о том, чтобы пойти в зверинец в одном из них.
Но все ее сомнения разрешила Финли. Она с недовольным рычанием углубилась в шкаф и зубами вытащила оттуда объемную коробку. В которой нашлись узкие штанишки из голубого бархата, белая рубашка, синий камзол с серебряной отделкой и серебристые же туфельки.
— Сдается мне, что твой воздыхатель знает про наши поиски, — протянула Тирна. — А поищи-ка, может, где в кармане завалялась карта особняка с красным крестиком?
Грета принялась обыскивать карманы только ради того, чтобы поддержать шутку подруги. Но карта с крестиком и правда нашлась.
— К дорфам ужин! — выпалила Тирна.
— У дерра Ферхары своеобразное чувство юмора, — неуверенно протянула Грета. — Может, не стоит?
Но подругу было уже не остановить. Так что мэдчен Линдер надела костюм и, горестно вздохнув, отправилась по маршруту карты.
Финли, облизнувшись, потрусила следом. Она хотела своими глазами увидеть, что именно окажется на месте крестика. Как и Грета, лисица не верила, что там найдется именно зверинец. Все же Финли была ненамного младше некроманта, и его чувство юмора ей весьма импонировало.
А в том, что оно у него есть, уверилась даже Тирна — маршрут был составлен с учетом всех лестниц, сквозных переходов и повторных выходов на одну и ту же центральную лестницу. И сократить затянувшуюся прогулку не получалось: путь к красному крестику, завораживающе горевшему на молочно-белом листе проявлялся понемногу.
— Все, я больше не могу, — выдохнула Тирна и привалилась к перилам чердачной лестницы. — Это же кошмар какой-то.
— Я предупреждала, — философски пожала плечами Грета и добавила: — Но терпи. Не зря же мы пропустили ужин.
И наконец узкая, скрипучая лестница вверх и последнее препятствие — дверь.
— Что является самым ценным в жизни человека? — прозвучал приятный мелодичный голос.
Подруги переглянулись.
— Жизнь? — неуверенно предположила Тирна.
— Любовь? — так же неуверенно отозвалась Грета и пояснила: — Я в газете читала, что по статистике чаще всего люди оканчивают жизнь самоубийством от несчастной любви.
— То есть платят за любовь жизнью, — протянула Тирна. — Значит, самое ценное — все-таки жизнь.
— Наш ответ — жизнь, — четко произнесла мэдчен Линдер.
— Что самое страшное в жизни человека?
— Смерть любимого или любимой, — это подруги произнесли в унисон.
— Что самое счастливое в жизни человека?