Все же путешествие по земле — не самолетом: тут всех встретишь, кто изволил на дорогу выехать, с каждым путями пересечешься. Можно сказать самому себе, что надо быть осторожней, да толку-то? Дорога ведь на самом деле одна, куда с нее денешься? Это как с подводной лодки.
Пока нам везло. Так везло, что дальше некуда. Нет, и шрам на морде от приклада никуда не исчез, чтобы я о нем забыл, и нога, простреленная в тот день, когда погиб Джефф, тоже дает о себе знать, и шрам на черепе от прошедшей вскользь пули остался внушительный, вроде как распахано, но все равно считаю — повезло. Нас не съели в первые дни, нам удалось вооружиться, нам удалось доехать до Порт-Артура, а оттуда до Хьюстона — и не быть съеденными целой стаей мутантов, осадивших нас в конторке на пирсе. И то, что мы все же не попали на пароход, — не к лучшему ли? Чем больше об этом думаю, тем больше убеждаюсь в том, что могло случиться все, что угодно. Нас трое, столько всего полезного, — и плюс наша главная трудность: хорошенькая молоденькая блондинка. Не зря же на нее повелся старый повадливый проповедник, создав нам очередную проблему. Хотя… не очень-то я верю в то, что нам грозило убраться оттуда без проблем. Не одно, так другое бы случилось, Преподобный Смит — персонаж труднопредсказуемый и очень опасный.
Леса становились гуще, и я поймал себя на странном ощущении неуверенности. До этого момента, где бы мы ни ехали, везде с дороги был полный обзор во все стороны — что в пустыне, что в прерии. И лес, вдруг закрывший мир с двух сторон и сузивший поле обзора до дорожного полотна с обочинами, выглядел чем-то враждебным. Теперь «видеть» было равносильно понятию «ощущение безопасности».
А затем мы проехали Москву. Москоу, Тексас, крошечный городишко, скорее даже крошечная деревенька, где и пары сотен людей не наберется, судя по всему. Однако «земляки» держались, мертвецов видно не было, а на улицах даже дети играли. Единственное, что изменилось в связи с наступлением новых и мрачных времен, — весь город был обнесен изгородью из колючей проволоки, а кроме того, в двух его половинах — город был разделен шоссе пополам — возвышались серьезные и мощные караульные вышки из толстых бревен, с защитой из мешков с землей на площадках: без артиллерии и не возьмешь.
Не удержавшись, я приветственно побибикал, проезжая через город, и какой-то мальчишка пронзительно свистнул мне вослед. Никаких других здравиц в нашу честь не было.
Так все спокойно и мило было до города Лафкина, до которого мы добрались во второй половине дня. И въезд в город поразил своей фортификационной мощью — немалый опорный пункт, в котором нашлось место даже для танка М60, уставившего длинное бревно пушки на дорогу, не считая автоматических гранатометов и крупнокалиберных пулеметов. Что еще интересней — службу несли военные, в сероватых оттенков «арпатах» и в шлемах с креплениями под ночники. Не национальная гвардия, не резервисты, а вполне настоящие вояки из сухопутных сил. Подъезд был усложнен разбросанными тут и там бетонными блоками, а пока ты ехал, за тобой поверх стволов следило чуть не два десятка глаз.