— Эй, я не давала разрешения пускать меня на опыты! — пытаюсь вырваться, но разве это возможно, когда тебя держат два зуболома. Я даже шевельнуться не могу, не то, чтобы вырваться.
Меня укладывают на стол, быстренько привязывают к уже заготовленным колышкам. Мнимая ведьма без лишних предисловий задирает на мне блузку, оголяя живот. Потом зажигает свечи и что-то бормочет.
— Напрасно стараешься, — говорю ей. — Нет в тебе никаких сил. И вообще, наш мир…
Договорить я не успеваю, потому что мне на живот кладут ледяную фигурку змеи. Снова бормотание, и мне начинает казаться, что змея разворачивает свои кольца и ползет выше, к солнечному сплетению.
— Слушай, заканчивай уже этот цирк, — вырываюсь, веревкой растирая руки до крови. — Не сработает все это.
— Уже работает, — злорадно усмехается ведьма, а ее глаза загораются зеленым светом.
Именно в этот момент змея поднимает голову и кусает меня слева, в область сердца. Я даже пискнуть не успеваю. Все тело немеет, меня охватывает полнейшее безразличие, закрываю глаза и откидываю голову на стол. Будь, что будет.
Видимо только ядом змеи и можно объяснить то, что начинает происходить дальше.
— Госпожа! Госпожа Алекса! Госпожа!
Нехотя открываю глаза, ощущая себя так, словно пила всю ночь что-то очень крепкое. А потом танцевала на столе. До утра. Иначе почему у меня головокружения, мышечная боль во всем теле и… галлюцинации⁇
Сажусь на кровати, дико озираясь. Кровать с балдахином! Нет. Не так. С БАЛДАХИНОМ! Где я⁇ С грохотом падаю с кровати, больно ушибив локоть.
— Да чтоб вас всех об стенку…
— Госпожа? — в женском голосе слышен почти священный ужас.
— Минуточку. Госпожа временно недоступна, — говорю из-под кровати, делая попытки подняться, несмотря на усиливающиеся головокружения.
— Там поверенный вашего батюшки пришел. Сказал, что долго ждать не будет. Дела у него. Надо бы выйти.
— Зачем? — спрашиваю откуда-то из-под ковра, все еще не прекращая попыток встать. Хотя бы на четвереньки.
— Как зачем⁇ Он завещание должен огласить.
О! Завещание — это интересно. Надо бы встать.
После четвертой попытки у меня получается принять позу собачки. Какое-то время стою так, слегка раскачиваясь. Перед глазами все плывет, жутко мутит, ручки-ножки трясутся.
— Госпожа⁇ — женский голос звучит на грани ультразвука, уверена, еще немного и у меня от него лопнут барабанные перепонки.
— Вместо того, чтобы вопить, вы бы лучше помогли подняться. Я что-то неважно себя чувствую, — произношу заплетающимся языком заправской алкоголички.
— Госпожа⁇ Вы пили⁇
О! Кажется, не меня одну посетили подобные мысли.