— Не важно, — буркнул Рутгош, перебивая Аранви. — Не хочу лезть в те давние дела и тревожить память сестры Паоми. Меня волнует здесь и сейчас.
— Слушай, — вздохнул Аранви. — Я всё понимаю и не отрицаю наличия проблемы с главой, я даже в начале знакомства с ним использовал тему женщин, чтобы надавить на него, смутить, Павильон Пяти…
— Погоди, погоди, — подался вперёд Рутгош и с подозрением уточнил. — А это, случаем, не ты перестарался?
— Ни с чем я не перестарался, — отрезал Аранви. — Обычные мужские, грубоватые шутки, чтобы немного его растормошить. Удалось, кстати, после этого он ожил немного, стал больше на человека похож.
— То есть раньше было еще хуже? — Рутгош снова тяжело вздохнул, потёр лоб. — Значит так, друг. Делай что хочешь, но эту его упёртость на Возвышении нужно смягчать, ни к чему хорошему долбёжка об Преграду не даст. Так и рехнуться можно или ожесточиться, и у нас пример такой беды есть. Давай, работай.
— Теперь ты погоди, — вскинул ладони Аранви. — Что значит работай? Ты чего от меня хочешь? Чтобы я Павильон Пяти Удовольствий начал строить?
— А он всё об одном, — Рутгош смерил Аранви уничижительным взглядом. — Вспомни себя молодого. У тебя деньги на Павильон были?
— Не было.
— Тебя это останавливало?
— Нет. Но всё равно не понимаю.
— Так, — Рутгош снова потёр лоб. — Мог ли я когда-нибудь подумать, что женщинами буду заниматься я, а не этот похотливый бабник, не способный пропустить ни одной?
— Да где я тебе женщин тут возьму⁈ — изумился Аранви.
— Себе нигде не возьмёшь! — рявкнул обозлившийся Рутгош. — Ты точно сам на себя не похож, если тебе приходится всё объяснять. Но мы-то говорим не о тебе, а о главе! Главе! А он у нас прилично тебя моложе.
— И?
— Аранви, — Рутгош встал, стремительно шагнул вплотную к Аранви, ухватил его за халат, заглядывая в глаза, и спросил. — Ты в молодость за кем бегал? — не дождавшись блеска отгадки в глазах собеседника, сам устало выдохнул. — За сверстницами. И слава Небу у нас не одни парни в послушниках, да служителях бегают. Но мне это, похоже, придётся взять на себя, даже если ты лишь делал сейчас вид, что резко отупел.
— Да я…
— А ты займись другим вместе с Бахаром. Вино, музыка, — на этом слове Рутгош скривился, — раз уж глава её любит, праздник устройте.
— Праздник? — переспросил Аранви, отцепил от себя Рутгоша и хмыкнул. — Хм, ну это можно, осеннее празднование молодых талантов уже прошло, но ничего страшного, если мы отпразднуем его с небольшим опозданием, народ с удовольствием поддержит.
— Ну надо же, — покачал головой Рутгош.