Фон Штернберг наклонился вперёд, и в его глазах блеснул огонёк безумия.
— Как только к границе стянутся первые рабочие для постройки укреплений.
Я пригласил Генриха Шенка и Густава Рихтера на приём к себе в усадьбу. Несмотря на разыгравшуюся за окном непогоду — дождь лил как из ведра, а ветер гнул деревья к земле, — графы прибыли точно к назначенному времени.
Отряхивая капли дождя с плащей, они вошли в гостиную моей усадьбы, где я уже ждал их, удобно расположившись в кресле у камина.
— Теодор, приветствую! — сказал Шенк, подходя ко мне и пожимая руку.
— Не каждый день получаешь приглашение на бокал хорошего вина от самого Теодора Вавилонского, особенно в такую погоду, — добавил Густав, с удовольствием протягивая руки к камину.
Конечно, тем самым ещё рано меня называть, и они это знали. Однако их слова означали, что они верят в меня и моё славное будущее, что мне польстило.
Я улыбнулся, жестом приглашая их присесть, а затем налил в бокалы терпкое, ароматное вино. Оно было из моей личной коллекции — подарок от одного из покупателей в лавке, разбирающегося в подобных напитках.
Генрих Шенк, крепкий мужчина с седыми висками, внимательно оглядывал гостиную, оценивая обстановку. Его друг, Густав Рихтер, невысокий, худощавый, с любопытством разглядывал висящие на стенах картины.
— Господа, у меня к вам деловое предложение, — сказал я, когда они немного согрелись и расслабились. — Весьма интересное, как мне кажется.
Шенк и Рихтер, переглянувшись, с любопытством посмотрели на меня. Они, хоть и были аристократами «в запасе», но всё равно активно участвовали в обороне княжества, и, судя по всему, были готовы к новым приключениям.
— Я уверен, вы слышали о моём проекте по строительству оборонительных укреплений на восточной границе? — начал я, наблюдая за их реакцией.
Лица графов сразу же помрачнели. Шенк отставил бокал в сторону и, нахмурившись, сказал:
— Послушай, Теодор, это же чистой воды подстава! До тебя уже двум компаниям предлагали этот проект. Первая компания потеряла на границе около семидесяти человек. Говорят, нападения австро-венгров. А вторая просто… провалилась. Их объявили банкротами из-за срыва сроков.
— Верно, — кивнул Рихтер, подтверждая слова друга. — Я слышал, что владелец той фирмы, барон Вересов, сейчас ходит по приёмам бледный, как смерть. Поговаривают, он полностью разорён, и даже подумывает о самоубийстве.
Я внимательно выслушал их опасения, стараясь не перебивать, и задумчиво кивнул.
— Да, я тоже слышал об этом. Но, господа, позвольте мне поделиться своими мыслями. Я не дурак, и прекрасно понимаю, что это рискованное дело. Более того, я уверен, что князь использует этот проект, как способ устранения конкурентов и неугодных ему лиц. Похоже, он убеждён, что война скоро закончится, или, что ещё хуже, если нас захватят, ему позволят сохранить его положение. Поэтому он и позволяет себе такие… шалости. Вот только со мной такой номер не пройдёт. Я гарантирую, что всё будет выполнено строго по договору. Даже больше! Но мне понадобится ваша помощь.