Время тянулось мучительно медленно. Я уже начал нервничать, потому что меня раздражало это бессмысленное ожидание. Уже прошло больше часа, а нас всё ещё не приглашали.
Наверное, князю нужно было, чтобы я остыл, проникся, почувствовал своё место. Но и я не сидел без дела — вовсю уже «сканировал» административное здание. И то, что увидел, откровенно говоря, меня развеселило.
Этот Бобшильд, который, кажется, считал себя не просто князем, а царём и богом, построил здесь… не то, что дворец, скорее, это было похоже на бункер. Внутри дома, в тайниках, находились не только боеприпасы, но и артефакты. А стены были укреплены так, что могли бы выдержать атаку не только танкового батальона, но и, возможно, небольшой армии. А ещё он оборудовал несколько потайных комнат, где, в случае чего, можно было спрятаться. И, что самое интересное, эти потайные комнаты были сделаны, как я понял, совсем недавно.
«Ну-ну…» — усмехнулся я про себя, продолжая изучать тайники Бобшильда. — «Он или параноик, или боится кого-то… или чего-то…»
На третьем часу ожидания настроение у меня начало стремительно портиться. Что за чертовщина⁈ Я пришёл вовремя, к назначенному времени, но вместо того, чтобы меня принять, меня заставили ждать, словно какого-то просителя⁈
Я уже начал злиться, прикидывая, стоит ли устроить им тут небольшой «переполох», как вдруг дверь в зал ожидания распахнулась, и внутрь вошёл тот самый секретарь, который нас сюда проводил.
— Прошу прощения, господин Вавилонский, за столь долгое ожидание, — обратился он ко мне. — Его Высочество князь Роберт Бобшильд Лихтенштейнский готов вас принять! Прошу, пройдёмте!
Скала хотел было пойти со мной, но секретарь коротким жестом указал ему оставаться здесь. Я хлопнул Скалу по плечу, подмигнул и последовал за секретарём. Мы прошли по длинным коридорам, и вскоре остановились перед массивной дубовой дверью, над которой был вывешен герб Лихтенштейна. Секретарь постучал.
— Войдите! — раздался из-за двери спокойный, немного хриплый голос.
«Да пошли вы все…» — подумал я, с силой распахивая дверь кабинета.
— Теодор Вавилонский, — произнёс я, входя внутрь.
Князь сидел за огромным столом, который был завален бумагами, книгами, чертежами.
— Присаживайтесь, господин Вавилонский, — кивнул князь, с трудом оторвав взгляд от бумаг.
Я плюхнулся на стул напротив него.
— Чем обязан? — спросил я, не скрывая своего недовольства.
Князь, подняв голову, смерил меня холодным, оценивающим взглядом, а затем кивнул:
— Вы, господин Вавилонский, не слишком-то вежливы…
— Прошу прощения, — ответил я холодно. — Просто у меня, как и у вас, много дел.